Книга Петля судеб. Том 2, страница 18 – Андрей Васильев

— А откуда этот господин взялся? – уточнил я – И вообще непонятно мне его рвение. Завтра вон вообще меня на ковер вызывает. Не подумайте превратно, у меня корона на голове не выросла, но отчего-то мне казалось, что с ним при назначении на данную должность должны были беседу провести на предмет кого, кого в еженедельнике нагибать можно, кого нужно, а кого не стоит.

— Вот-вот – поддакнула Вика.

— Должны были – покладисто согласился со мной Азов – И, думаю, даже провели. Вот только не уверен, что именно в том аспекте, который ты озвучил только что. Полагаю, что все было ровно наоборот.

— Версию уже можно озвучивать? – поинтересовался я – В смысле – откуда ноги растут?

— Валяй – разрешил Илья Павлович.

— Ядвига?

— Угадано – подтвердил мой собеседник – Она, родимая. Но не только. Этот Голицин фигура очень непростая. Вернее – не так. Сам Голицын прост и понятен как бублик, там есть много амбиций, спеси и просто невероятное количество тщеславия. Но оно и не странно - мальчик из очень хорошей и влиятельной семьи, после института, в который он, насколько я понимаю, толком даже не ходил, сразу попал в статусное издание, где проработал пару лет, и откуда, несмотря на все связи, его все же вышибли. Со всем почтением и уважением, но вышибли. А теперь вот, трудами родни, его к нам пристроили. Вроде как с повышением.

— И вот зачем? – буркнул я, понимая, что, похоже, на мою голову свалилась очередная проблема. Знаю я таких молодых да ранних, сталкивался с ними раньше. Это реально тяжелая публика. А если учесть, что его еще и госпожа Свентокская на меня натравила, наверняка пообещав всяческую поддержку – Илья Павлович, а чего, его никак нафиг послать было нельзя? Мне казалось, что для «Радеона» невозможного нет.

— Это потому, что ты последние месяцы обитаешь либо тут, либо в игре – пояснил Азов – Такое случается со очень многими из тех, кто обитает непосредственно тут, в этом здании, почти не выходя из него наружу. Эдакий комплекс герметичности, ощущение, что ты живешь в государстве внутри государства. А на самом деле жизнь снаружи никуда не девается, вместе с ее проблемами, условностями, принципом «услуга за услугу» и так далее. Один из родственников этого господинчика крайе влиятельный функционер в некоем министерстве, и он нам крайне полезен в определенных ситуациях. Жизнь, друг мой, непредсказуема, и если есть возможность подстелить соломку до момента падения, то стоит это сделать.

— Ясно – совсем уж расстроился я – То есть рассчитывать на поддержку с вашей стороны мне не стоит? Ну, если я с ним закушусь.

— А ты это сделаешь непременно – заметил Азов – Или я тебя плохо знаю.

— Вы не ответили.

— Скажем так – если речь пойдет о заурядном конфликте интересов, то нет. Это ваши внутренние дела и моменты соподчинения, разбирайтесь сами. Если же он сдуру решит перевести свару из плоскости слов в плоскость физического насилия путем найма отбойщиков или займется саботажем – тогда я вмешаюсь.

— Теперь главное, чтобы Ядвига придерживалась той же точки зрения. А то силы будут неравны.

— За это не переживай – приободрил меня безопасник – На нее укорот точно найдется. Опять же – уволить он тебя в любом случае не сможет, тут у него руки коротки. И рублем ударить не получится, так что волноваться не о чем совершенно. Ну, а если вдруг все-таки почуешь что-то не то, то непременно меня набери.