Книга Петля судеб. Том 1, страница 121 – Андрей Васильев

— Жужелка, отдай им горелку и дуй ко мне – обратился он к соплеменнице – Пойду осмотрюсь в коридорах. После по знаку откроешь.

Пикся придержала крышку, и Дрыг невесомо-легко проскользнул в щель, такую узкую, что, казалось в нее и мышь не пролезет.

Вернулся он быстро, минуты через три, обозначив свое прибытие заковыристым стуком.

— Все нормально – подмигнула мне пикся – Но там наверху слушайтесь Дрыга во всем, ясно?

— Обязательно – подтвердил Назир – Мы же ничего в этом не понимаем.

Ну да, кому-кому, а ему подобное слушать, наверное, забавно. С его-то квалификацией.

Королевские темницы, признаться, меня не удивили. Коридоры, переходы, железные двери, за которыми многоголосо стонут, воют, сквернословят и безумно хохочут местные узники.

Что до Вайлериуса – он занимал, если можно так сказать, ВИП-камеру, расположенную в отдельном закоулке и размером больше других. Ну, это нормально, он же все-таки принц крови, ему по штату такое положено. Да и кандалы, у него, поди, золотые.

Дрыг поковырялся стальным крючком в замке, дверь скрипнула, открываясь, и я вошел в камеру, с улыбкой и словами:

— Часик в радость, узник горемычный! Поди, не ждал?

— Хейген? – опешил Валериус, сидящий на топчане – Ты? Но как?

Надо отметить, что камера моему приятелю досталась все же с улучшенной планировкой, видимо, сказался условно-наследно-монарший статус. Помимо упомянутого топчана, к которому прилагалось одеяло, две подушки и постельное белье, тут имелся стол, с стоящей на нем странноватой чернильницей, внешне больше похожей на хлебный мякиш, табуреты, и даже незамысловатая этажерка, на которой лежали растрепанные книги. Опять же метраж помещения был явно больше, чем у иных страдальцев в этом подземелье.

— Вот так – я подошел к столу и усмехнулся, глядя на табуреты – Надо же, два.

— А сколько их должно быть? – удивился принц.

— Два, два – покивал я головой – На одном пики точеные, на другом… Кхм… Ну, тоже что-то может находиться. Ладно, не суть. Ты вот что мне скажи, друг сердешный…

— Когда обход был? – перебил меня Дрыг.

— Да с полчаса как – совсем уж растерялся мой приятель.

— Плохо – шмыгнул носом пикси и подлетел к принцу, попутно копаясь в напоясной сумочке – Слышь, воин, времени у нас в обрез. А ты, ваше высочество, хваталки свои сюда протягивай. Будем освобождать, тебе на пользу, нам на счастье. Просто мы, пикси, все за тебя!

— Пожалуйста – Вайлериус вытянул перед собой руки, на которых красовались позолоченные кандалы, через которые проходила цепь, крепящаяся к могучему крюку, вкрученному в каменный пол – И – спасибо.

Звякнули отмычки, Дрыг, что-то напевая, принялся за работу. Привычно так, деловито, с хорошим знанием дела.

— Вот как все вышло – невесело сказал мне принц – Знаешь, я тут много думал, место располагает, да и времени у меня теперь навалом. Так вот – прав был Ясмуга. Прав.

— В чем?

— Он как-то сказал, что не может быть правды там, где жажда власти берет верх над честью и разумом, где владыки говорят одно, а делают другое. Мама всегда для меня была примером, я ровнялся на нее, а в результате что? Вместо сына стал для нее политическим противником. И ведь мне на самом деле эта корона не нужна вовсе. Я никогда к ней и не рвался, даже в те дни, когда возглавил восстание.