Книга Легкий заказ, страница 71 – Андрей Васильев

— Хорошо, — голос дэва, казалось, наполнил всю комнату. — Что-то еще?

— Свидетелем сказанного является также известная тебе Маргарита Воробьева, — добавил я. — Мы сейчас вместе в гостях у Самвела.

— Понял тебя, — произнес Газван. — Если это все, то хорошо. Извини, у меня гости, я должен уделить им внимание.

На самом деле нет у него никаких гостей, просто говорить и правда больше не о чем. Тем более что я позвонил ему незадолго до того, как мы наведались в «Сирень». Газван, конечно, не самая главная рыба в московском ночном море, но проворачивать трюк с внезапным звонком, да еще по громкой связи с ним без предварительного согласования все же не стоит.

— Это ничего не изменит, — проведя ладонью по лысой голове, сообщил Марго Самвел. — Слышишь, женщина? Пусть он говорит что хочет и кому хочет, я заберу свое. Есть право сильного, его никто не отменял.

— На все том же недавнем празднике Ровнин, насколько я помню, упоминал что-то в этой связи, — потер я лоб. — Какие-то события времен миллениума вспоминал, не очень приятные для вашего племени. Это относительно права сильного.

— Им нет дела до того, что происходит между нами, Чарушин, — клыки во рту Саркисяна явно увеличились. — Им чем нас меньше, тем лучше. Хоть вообще друг друга изведем, они только порадуются. И ты это знаешь лучше, чем кто-то из здесь присутствующих. Ты же с ними дружбу водишь.

— А еще есть Покон, который в этой стране и в этом городе соблюдают все, включая даже меня, по своей природе под него не попадающего, — и не подумал смущаться или пугаться я. — Вот и ты будь любезен поступать так же, если не хочешь оказаться в одиночку против всех вурдалачьих семей Москвы и области. Марго, конечно, не самая влиятельная и популярная среди них особа, но никто не хочет, чтобы установившийся порядок вещей изменился. Знаешь, как у нас говорят? Если ты плюнешь в коллектив, то он утрется, а если он плюнет в тебя, то ты утонешь. Я понятно объяснил?

— Предельно, — цыкнул клыком Саркисян и подал останавливающий знак двум своим собратьям, которые были готовы к тому, чтобы прыгнуть на нас.

— И еще, — миролюбиво продолжил я. — Как обещано — прими мои извинения за беспочвенные подозрения. Был неправ. Всей душой печалюсь.

И я отвесил хрестоматийный старославянский поклон, аж до хруста позвоночника и со взмахом рукой.

Из огромного, в пол, окна ресторана, в котором мне была назначена встреча, открывался вид на проезжую часть и дома постройки пятидесятых годов. И чего в нем такого хорошего, не понимаю? Как, кстати, и в заведении в целом. Ну да, лет двадцать с лишним назад, наверное, это место воспринималось по-другому, тогда, если не ошибаюсь, в чести было обилие позолоты везде, где можно, меню со сложносочиненными названиями блюд и переизбыток пафоса, но сейчас это все смотрится скорее забавно, чем заманчиво.

И тем не менее таинственный Карл Августович в своем ответном письме очень тепло отзывался именно о данном месте.

«Добрый вечер, Максим Анатольевич.

Не сомневался, что в результате вы все же узнаете личность того, кто вам написал, то есть мое имя. Скажу больше — не случись этого, я бы немного расстроился. Тот род занятий, который вы для себя выбрали, предполагает определенную пытливость, а ваша репутация доказывает изрядную придирчивость в выборе заказов.