Книга Легкий заказ, страница 6 – Андрей Васильев

И отвадил. Одноглазое, конечно, нечисть резкая, опасная, но в отличие от других неглупая и, что совсем здорово, склонная к компромиссам.

— А если через неделю я казан не принесу? — глухо спросил у меня Рабих.

— Тогда я твой амулет расплавлю, — равнодушно объяснил ему я. — У меня в соседней комнате стоит специальный агрегат как раз для таких целей, герметичный и компактный. А температуру нагнетает такую, в нем хоть что уничтожить можно.

Гюль-ябан что-то пошипел сквозь зубы на своем языке.

— Давай или проваливай, — чуть повысил голос я и требовательно пошевелил пальцами. — Ты и так украл слишком много моего времени.

Амулет лег в ладонь. Тяжелый, однако.

— Ты получишь казан, — сквозь зубы сообщил мне Рабих. — Но знай, человек, я ничего не забуду. Ни слов, ни обещаний, ни того, как ты со мной говорил.

— Это сколько угодно, — разрешил я. — А если захочешь побороться, так буду очень рад. Хороший спарринг-партнер сейчас большая редкость. Все, уходи. У меня еще очень много дел.

Дверью Рабих хлопать не стал, Восток есть Восток. Ненавидеть можно, но обижать хозяина дома, где ты пил чай и ел соль, нельзя. Порядок у них такой. Уважаю.

А обманывать, что характерно, можно, правила подобное допускают. Это даже не двойные стандарты, это как-то по-другому называется. Говорю же — пора с этой публикой завязывать, слишком с ней сложно работать. Да и работники недавно упомянутого отдела на подобное с некоторого времени косо смотрят, что, может, и правильно. Миграционная политика — дело серьезное, общественное, а они все же государевы люди, всегда такими были и такими останутся. Потому перед тем, как с ними о чем-то договариваться, всегда следует хорошенько подумать: а не вырулит ли кривая в ту сторону, которая не совпадает с интересами державы? Просто если так получится, то вместо союзника ты можешь заполучить противника. Со мной такого не случалось, врать не стану, но пару историй на эту тему мне рассказывали, и всякая из них ничем хорошим для того, кто встал на пути сотрудников 15-К, не заканчивалась.

— Ушел? — заглянула ко мне Геля. — Ну чего, как и предполагалось? Наш азиатский друг решил, что слова и обещания достаточный гонорар для глупого и доверчивого русского?

Моя секретарша, полное имя которой Ангелина, внешне само очарование и простота, а ее белокурые волосы, кукольное личико и голубые глаза, наполненные бессмысленностью на пару с наивностью, всегда безотказно действуют на тех, кто видит ее впервые, особенно на мужчин.

И сколько раз не очень умные люди, да и нелюди, обжигались об этот вроде бы безобидный на взгляд уголек. Ее и купить пытались, и соблазнить, и завербовать, а один довольно зажиточный товарищ даже жениться хотел. Причем на полном серьезе, он прямо сильно влюбился. Цветы слал, коробочки с кольцами и браслетами, в Дубай звал, на крыше Бурдж-Халифа шампанское пить и оттуда на прохожих плевать. Неважно, что с тамошней высоты не то что людей, но и машины не различишь, означенному процессу это точно не помеха.

Цветы Геля принимала всегда, розы ее слабость, драгоценности брала через раз, а в Дубай не поехала вовсе. Она и жару не очень любит, и мужчина этот ей не особо нравился. В какой-то момент ухаживания переросли в преследование, причем никаких просьб и доводов окончательно слетевший с катушек бизнесмен слышать не хотел и собрался перейти к более жестким и контактным формам ухаживания. Это окончательно подорвало хорошее отношение Ангелины к любвеобильному поклоннику, и она обратилась к одной нашей общей знакомой, которая неплохо разбирается как в вопросах любви, так и смерти. Для начала эта парочка сыпанула в суп настойчивого ухажера отворотного зелья, но на всякий они заготовили и более веский аргумент, а именно надежный яд медленного действия. Быстрого нельзя, все тот же отдел может что-то заподозрить и после встать на след. Медленный — совсем другое дело, там поди пойми, от чего человек загнулся — сам или от отравы? Они ведь не классический мышьяк или стрихнин собирались бизнесмену скормить, а тот, что следов не оставляет. По крайней мере, обычная экспертиза, причем даже очень дотошная, сроду ничего не найдет.