Книга Закон охоты, страница 82 – Андрей Васильев

— И кто из нас овца? — хихикнула Васька с камня. — Простую работу сделать не может. Но если уж вы такие добренькие и принципиальные, то развяжите меня, я вам помогу. У меня на этот счет комплексы отсутствуют.

— Насчет тебя пока ясности нет, — холодно сообщил ей я и выстрелил в голову ведьме. — Не знаем мы, какой ты нам выгодна — живой или мертвой. Лично я склоняюсь к последнему варианту.

— Ты чего? Мы же друзья? — Как видно, Василиса поняла, что с ней сейчас никто не шутит, потому и тон ее изменился. — У нас общее прошлое, общие знакомые. И потом — она же не простит. Ты понимаешь, ком я? Не простит.

— Ты о старшей своей? — уточнила Метельская. — Если узнает, то не простит. Но она же может и не узнать? Тут вон тел сколько, поди разбери, что случилось. Одной ведьмой с пулей в башке больше, одной меньше. А нас тут вообще не было никогда. Милый, у тебя же ствол, надеюсь, незарегистрированный? В картотеках не значится?

— Разумеется, — усмехнулся я. — Тот, что за мной официально числится, сейчас в сейфе лежит, а этот чистый. В смысле — был.

— И мой «макар» не табельный. — Светлана приобняла меня за плечи, с ехидцей уставившись на Василису. — Я его в свое время на обыске подрезала. Плох тот опер, у которого три-четыре ствола на огороде не закопано. Так что, если к двум десяткам голых баб еще одна добавится, пусть даже москвичка, этого никто особо не заметит. Да и когда? Интернет-порталы дня три будут орать о кровавом преступлении, подобного которому не было со времен гражданской войны, руководство области будет обещать держать расследование на личном контроле и долбать мозги следакам из СК, через недельку все подутихнет и сюда снова начнут возить туристов, правда, непременно подрастут цены на экскурсии.

— А потом? — К нам подошла Марго, вытирая рот.

— Потом все станет еще проще, — охотно ответила ей Метельская. — По нашей линии наверняка никого не найдут, и дело уйдет в архив. Хотя, может, и притянут каких бичей, если сильно сверху давить станут, из числа тех, кого никому не жалко. Ну а экскурсоводы за это время напридумывают новые детали случившегося, которые непременно превратятся в посты из ленты Дзэна, а после в байку. Зато про реальные события через годик почти все забудут. И про тебя, малолетняя, тоже. А тело твое зароют в безымянной могиле за казенный счет, потому что вряд ли кто-то из Москвы за ним приедет. Так же, Макс?

— Сто процентов, — кивнул я. — Мамы-папы, насколько я помню, у тебя нет, а Марфе ты нужна до той поры, пока жива. А труп ей зачем? Им разве что только забор подпирать, как классик писал.

Мне не очень понравилось то, что мое имя уже дважды прозвучало на этой горе, потому специально упомянул ту, что, сюда Ваську направила. Для равновесия и гармонии, назовем это так. Нет, ясно, что здесь кроме нас и Алины, которая все равно что уже мертва, нет. Просто, как говорит пословица, и у камней есть уши, тем более что для меня в последнее время данное высказывание приобрело новое звучание.

Что до моей московской знакомицы — я ее не пугал, поскольку на самом деле не решил до конца, что с ней делать. Может, и правда ее лучше тут оставить, с остальными? Дедушку шамана — точно нет, причем по ряду причин, а вот Ваську можно и убрать. Да, момент неприятный, но учитывая щекотливость ситуации, это решение наиболее рационально. Здесь, на Урале, она ни с кем откровенничать не станет, это само собой, но вот в Москве той же Марфе все выложит как на духу, от и до. Кто, что, кого, как стреляли, как добивали — до мельчайших подробностей И поди знай, каким боком эта откровенность мне после выйдет? И когда. Марфа умеет выжидать момент и бить тогда, когда этого не ждешь, это всей ночной Москве отлично известно.