Книга Постоянство хищника, страница 97 – Максим Шаттам

— Я хорошо себя чувствую.

— Он пытается защитить вас, Людивина. Когда адвокаты начнут копаться в наших действиях, было бы неплохо иметь доказательства, что вас тоже избили. Соразмерное применение силы и вот это все. Сами понимаете…

Зазвонил мобильный Людивины, и она вывела Гильема на громкую связь.

— Мы нашли в доме «Манурин МР-73», – сообщила она, не дав ему слова сказать. – Есть ли база серийных номеров оружия, которое было украдено или утеряно нами или фликами?

— Конечно. Какое-то время назад этот револьвер был на вооружении у контртеррористов. Думаю, некоторые используют его до сих пор. Если сможем восстановить серийный номер, я проверю, но сейчас звоню не для этого.

Людивина положила пакет со льдом на затылок, чтобы снять напряжение. Она нервничала.

— Мы тебя слушаем.

— Знаешь, сколько людей с фамилией Симановски на северо-востоке Франции? Семнадцать! Они просто расплодились! И все, похоже, остались в этих краях. Я составлял список имен, искал адреса и… недалеко от вас есть дом, принадлежащий одному из сыновей Антони Симановски. Хотел посмотреть его на гугл-картах, ну, снимки со спутника. Увеличил картинку, а там… В общем, не совсем дом.

— Что значит «не совсем»? – спросила Людивина, наклоняясь вперед.

— Скорее что-то вроде хижины.

Она подняла глаза на Торранс и по ее решительному виду поняла, что больница подождет.

— Сейчас же пришли нам адрес! – велела она, выходя из фургона.

Машина, за рулем которой сидела Торранс, летела по ухабистой дороге, которую указал им Гильем. Они мчались на такой скорости, что обогнали два автомобиля жандармерии, которые должны были встретить их на месте.

На этот раз Торранс выхватила пистолет и бросилась к ограде, окружавшей поле с высокой травой. Фары освещали им путь, но Людивина достала фонарик и подставила под ствол своего «зиг-зауэра». Люси выстрелила в цепь на воротах и побежала к темной хижине, едва различимой за самшитами. Махнула Людивине, велев проверить, что сзади.

Та встала сбоку, откуда открывался вид на задний двор. В траве валялись почерневшие кирпичи. Круг земли диаметром около двух метров указывал на то, что здесь часто разводили огонь и трава не успевала отрасти.

Торранс для протокола объявила о себе и вошла в крошечное строение. Людивина дышала через рот, ей не терпелось услышать, что все в порядке, что напарница нашла Хлою живой.

Вдалеке зарычали два мотора. Приближалась жандармерия.

Появилась Торранс, пистолет был спрятан в кобуру. С убитым видом она покачала головой.

Людивина дала волю гневу и с криком пнула ржавую консервную банку.

— Но вы лучше сами посмотрите, – сказала Люси.

Людивина убрала пистолет, как и ее начальница, оставив только фонарик.

Она медленно вошла, проверяя, куда ставит ноги.

Внутри была всего одна комната. Пахло чем-то прогорклым, а в воздухе парили десятки крошечных черепов, подвешенных к потолку на леске. Как будто левитировали.

Птичьи черепа.

И тут Людивина увидела их в свете фонаря.

Глаза на задней стене.

Больше сотни. Всех цветов. Стеклянные шары смотрели на нее и словно следили за Людивиной, куда бы она ни пошла.

Его одержимость смертью. Душой и ее отражением.

К участку подъезжали машины, и синие мигающие огни проникали в хижину через распахнутую дверь. В стеклянных глазах мелькал призрачный свет, подобие жизни.