Книга Сигнал, страница 75 – Максим Шаттам

* * *

Перед мальчиками возникло кукурузное поле, уходящее до горизонта на севере и на юге. Высокие стебли, посаженные тесными рядами, были выше мальчиков по меньшей мере на голову. Оуэн застыл на месте. Он никогда не был на таком огромном поле и спрашивал себя, как ему здесь не заблудиться. Поле казалось настолько большим, что потеряйся он где-нибудь посередине, то умер бы от голода и жажды.

— А как мы сможем там ориентироваться? — спросил он.

Коннор поднял указательный палец.

— Молча! Солнце должно оставаться справа. Идёшь по одной своей борозде. Ферма Тейлоров будет сразу видна, у них на крыше высокий флюгер. Пруд оттуда недалеко.

Оуэн было не по себе, но поворачивать было поздно, так что он пошёл за всеми. По примеру Кори он раздвинул два стебля кукурузы и шагнул между ними, чтобы с удивлением обнаружить, что внутри и в самом деле шли борозды, похожие на узкие прямые тропинки. Из-за обилия листьев он не видел ничего дальше нескольких метров, но это было уже неплохо, по крайней мере не приходилось продираться через колючки и можно было дышать. Они шли синхронно каждый по своему ряду по направлению к югу. Коннор беззаботно насвистывал. Оуэн различал слева синюю футболку Чада, а справа — белую одежду Кори и слышал, как они отдуваются. Оуэн приободрился: они не потеряются. Наконец, это было похоже на настоящее приключение. Он гордо вдохнул полной грудью.

Монотонная ходьба по жаре действовала на него усыпляюще, и он сам не заметил, как они дошли до заросшей травой дорожки, проложенной для трактора. Сразу за ней снова продолжалось кукурузное поле.

— Ох, черт! — простонал Чад.

Оуэн в недоумении поднял голову и увидел метрах в пятнадцати чучело в джинсовом комбинезоне и потрепанной красной рубашке, распростертое, будто на кресте, и в соломенной шляпе. Тыква, которая служила головой, была странно наклонена, как от усталости, рот искривлен будто в усмешке, а в пустых глазницах что-то безостановочно копошилось.

— Он весь в личинках! — скривился Кори.

Пугало стояло на небольшой насыпи, с которой было видно все поле. Руками ему служили ржавые веерные грабли, которыми убирают листья, и их длинные лезвия угрожающе поблескивали, как пальцы жутких рук.

— Они не очень-то приветливые ребята, эти Тейлоры, — пробормотал Оуэн.

— Да, старик ненавидит всех на свете, — подтвердил Коннор, — но остальные вполне ничего.

Чад несколько встревожился.

— А они не пристрелят нас, если увидят, как мы купаемся в их пруду?

— Успокойся, они в любом случае нас не увидят.

— В смысле, они выходят только ночью? Как вампиры?

— Ага, вампиры-трудоголики, — осклабился Коннор. — У них полно работы, им не до нас. Давайте, почти пришли!

Все продолжили путь по параллельным бороздам, кроме Оуэна, который стоял в нерешительности. Ему не слишком-то хотелось продолжать путь по кукурузному полю, особенно когда это отвратительное пугало торчало на палке и пялило на них пустые глазницы.

Ты же не собираешься сдаваться, по крайней мере не из-за пугала! Если ты сейчас пойдешь обратно, тебе ни за что не простят! Ты будешь изгоем, слабаком, дезертиром! Ссыкуном!

Оуэн раздвинул стену из кукурузы и шагнул вперед. Он отставал уже метров на десять, но шел не быстро, внимательно проверяя, что у него на дороге не ползут личинки из чучела. Это было бы хуже всего. Он ненавидел этих тварей.