Книга Кости и цветы, страница 98 – Ярослав Заболотников

— Ой, всё, молчи, баба, — селянин махнул рукой. — Много ты понимаешь, — он перевёл усталый взор на всадников: — Братцы, не поможете?

— Провернуть, что ли, надо? — направил коня к телеге Джон.

— Ага. Разработать чутка. Чтоб хоть до деревни докатиться. Там уж придумаю чего-нибудь.

— Боги… — ассасин лениво поехал следом.

Как показывает практика, дела одной минуты зачастую выливаются в уйму времени. По этой причине остальные спешились, взяв лошадей под уздцы. На фоне запряжённой кашлатки с репьями в спутанной гриве, животные странников выглядели благородно. Особенно, Бамбук. Статно и элегантно.

Лайла поглаживала невидимую головёнку мефита, когда на заклинившее колесо легли руки Джона. И тут у него над макушкой… прогудело копьё. Оно с хрустом проломило лютню и вошло в грудь паренька. Пригвоздило его к борту телеги! Под звук лопающихся струн музыкант задёргался — из приоткрытого рта на рубаху полилась кровь.

Изумлённые взгляды метнулись к Шойсу, какой подлетел к испуганной девушке и пнул её в живот, заставив согнуться пополам. От такой жестокости Лайла потеряла дар речи. Джон же наоборот:

— Ты что делаешь?!! — выдёргивая из ножен клинок, заорал он, а потом услышал, как на дно телеги брякнулось что-то тяжёлое, знакомо задребезжало о доски. Слух не обмануть. Это был меч, всё это время скрываемый за лютней. Напряжённый взор метнулся обратно: из-под сарафана беременной выпадали корки смятого арбуза, вероятно, ровной половины, так обманчиво похожей на живот.

Плечо следопыта обдало брызгами — стоявший рядом селянин осел с перерезанным горлом. Его левая рука пыталась зажать смертельную рану, а из правой — выпал девственно чистый нож, какой скоро был должен окраситься в алый цвет.

— Не за что, — отряхнул кинжал Рэксволд, но его голос утонул в раздавшихся неподалёку воинственных криках.

Шокированная происходящим Лайла увидела, как из леса к телеге бегут ещё четверо разбойников. Взяв себя в руки, вампирша ослепила их вспышками огня: бороды и усы обратились в скукоженный пепел, а от ресниц не осталось и следа. Двух замешкавшихся бандитов зарубила подскочившая Эрминия, остальных же настигли метко брошенные кинжалы. Они вмиг вернулись в руки ассасина, оставив вдалеке аккуратную дырку в виске и похожий на кровавый кисель глаз. К этому моменту мефит уже искал притаившегося в лесу стрелка, но опасения были напрасными: по-видимому, банда сделала ставку на спектакль, а шатенку в платье предсказуемо не приняли за боевую единицу.

— Как, Джон, починил колесо? — плюнул на труп «селянина» Рэксволд. Затем посмотрел на Шойсу, что держал за волосы стоявшую на коленях девушку, возле которой валялись чепчик и ещё один нож.

— Как он понял… — недоумённо пробормотал следопыт. — Разглядел засаду… ещё и с повязкой на глазах…

Дроу повернулся к встревоженной Лайле и, изобразив жест дарения, толкнул русую девушку ей под ноги:

— Hizpin’es.

— Видимо, кто-то решил расплатиться за броню, — Эрминия упёрла мечи в землю, и под ними стала образовываться багровая лужица. — Не хочешь её башкой кол украсить?

— Мы не сами это придумали… — подняв серые глаза, прерывисто заговорила девушка. — Наводка из дерёвни пришла… — опасливый взор бродил между воинами. — Он сказал, золотыни у вас много… Готова сдать его с потрохами… в обмен на свою жизнь.