Книга Кости и цветы, страница 154 – Ярослав Заболотников

— Где они?..

— Всё кончено. Мы победили, — сдержанно ответила вампирша и поймала непонимающий взор. — Почти… — смещая за собой огненный шар, она зашагала к лежавшему в сумраке телу: под сапогами захрустел нанесённый ветрами мусор.

Джон задумчиво смотрел, как Лайла перебирается через опрокинутый шкаф, а потом, словно ощутив чужой взгляд, обернулся: вдалеке, над заваленным набок трупом, стоял Шойсу.

— Кажись, я многое пропустил… — следопыт тронул гудевшую ульем голову и побрёл за вампиршей.

Гонтукхар глухо хрипел. Его бороду и волосы жар съёжил в неопрятные комки, часть лица же обезобразил пунцово-коричневым ожогом. Одежда под кольчугой дымилась, а торчавшие из обгорелых рукавов кисти были красны и сплошь покрыты жёлтыми волдырями.

— Стоило оно того? — со строгим видом приблизилась Лайла. — Твои заблуждения обратили потенциальных союзников в фанатичных приспешников ереси. Ты предал Свет. Поставил под угрозу будущее мироздания. Достоин ли ты после этого жизни? — она направила на него ладонь с сияющей руной.

Джон хотел остановить казнь: война окончена — пусть живёт с тем, что натворил. Но не стал. Пожелал воочию увидеть, насколько изменилась возлюбленная. Сейчас она сильно походила на свою новую союзницу. Минимум эмоций. Максимум решимости. Если это не напускное, то Эста весьма пагубно влияла на неокрепший ум, который под гнётом судьбы и так путался в понятиях Добра и Зла. Иногда они являлись частью единого целого, словно прозрачный хрусталь и тёмный обсидиан в блестевшем у шкафов посохе.

— Я, как и ты, наделала немало ошибок, — холодно продолжила Лайла. — Но хотя бы пытаюсь их исправить, — она опустила карающую длань. — У тебя тоже будет такая возможность. С сединой к людям порой приходит бездонная ограниченность, но к обуздавшим чары Света — только мудрость. Загляни в себя, Гонтукхар Мильгас, и скажи: была ли в моих словах хоть толика лжи?

Сморщенные губы, частично опалённые сбоку, прошептали что-то неразборчивое.

— Держись. Я приведу лекаря.

Лишь вампирша развернулась, порыв ветра толкнул в обожжённую руку зазвеневший посох. Лайла моментально обернулась и, глядя, как он направляется на неё, стремительно выкинула ладонь с горящей руной. Однако атаковать не успела: под дребезжание тетивы лоб мага пробила стрела — выпавший из руки посох ударился об пол и разлетелся на множество осколков, по которым хладнокровно покатился обсидиановый шар.

Джон опустил лук. Лучше так, чем Лайла лично замарает себя убийством или, того хуже, станет жертвой жалостливого промедления. Он заметил дырку на плече платья, где вместо глубокой раны уже бледнела ровная кожа:

— Всё-таки достали…

— Сама допустила ошибку. Спасибо, что защитил спину. Иначе бы я… — вампирша вдруг замерла, а сияющие рубинами глаза стали изумрудными. — Скарги… Я его чувствую… И даже слышу… — увлекая за собой пламенную сферу, она спешно зашагала в темноту. — Скорее, Джон.

Тому только и осталось, что позвать Шойсу да пойти следом за удаляющимся светом.

Перекрёсток. Поворот. Длинный книжный ряд. Снова поворот. Обрамлённый проходами сектор с алхимической литературой. Там три взора упали на ползущего по полу мефита. Бедняга волочил за собой сломанное крыло и подгибал заднюю лапку, оставляя на пыльной плитке смазанный след.