Онлайн книга «Ледяная колыбель»
|
— И всё? Весьма скупо. Владыка поведал, что вы были близки. Незаметно. Хм, в чём же причина?.. Догадалась! Вероятно, ты мне не веришь. В таком случае не буду рассказывать, как задорно обезглавленное тело пироманта болталось на арке старой крепости. Ничего. Потом сама убедишься. Ведь ты непременно выживешь. Обещаю. А вот за твоего возлюбленного не ручаюсь, — Хризальтера посмотрела на обездвиженного магией следопыта. — Эй, черногривый жеребец! Пленяющие чары спали — Джон моментально вскочил. — Тише, тише… — любовалась мускулистым торсом демонесса. — Сколько напряжения… Подойди, я не кусаюсь, — она облизала губы, сверкнув четырьмя белоснежными кончиками клыков. — По крайней мере, постараюсь сдержаться. — Правда? — следопыт тянул время, украдкой озираясь в поисках меча, хотя даже не представлял, чем тот сможет ему помочь. — Дважды просить не стану, — строго предупредила демонесса и взглянула на Лайлу. Вампирша вытянулась, словно проглотила кол, задрожала и спешно зажала рот ладонью — через секунду из носа на пальцы сбежали тонкие ручейки крови. — Всё, я здесь! — подбежал воин. — Меня мучай! Её не тронь! Хватит, слышишь! Оставив пленницу в покое, Хризальтера заглянула в грозовую серость глаз напротив: — Так вот ты какой, Джон Скалингер, смертный муж, из-за которого обезумевшая от утраты дева, к слову, почти бессмертная, распахнула врата концу света. Чем же ты так хорош? Какие особые черты выделяют тебя из тысяч других? Мужественный лик? Доброта? Склонность к самопожертвованию? Или… — она подошла к напряжённому, как струна, следопыту и провела пальцами по укрытому мехом паху. — Есть и другие достоинства? Впрочем, это я могу выяснить… — демонесса притянула воина к себе и, скосив глаза на Лайлу, взгляд которой стал колючим, как шип розы, лизнула щетинистую щёку. — Так, погоди… — с нервной улыбкой заупирался тот. — Ты, бесспорно, красивая, но… — Продолжишь сопротивляться, и я лишу твою возлюбленную кисти, — промурлыкала ему на ухо Хризальтера. Джон покорно замер, однако стал мрачнее тучи: двойная морщинка меж бровей напомнила засечки на луке, коими молодые разведчики отмечали первых жертв. Демонесса лишь улыбнулась. Затем, лаская следопыта ладонями, сползла и уселась перед ним, подобрав под себя ноги: — Ты же не станешь бить девушку за то, что она хочет сделать тебе приятно? — подняла она распутный взор. — Хотя можешь попробовать… — в тусклом свете белого сияния её милое лицо вдруг показалось пугающе жестоким. — Ключ у тебя. Зачем всё это? — ледяным тоном изрёк Джон. Ответ заменили три расстёгнутые разом пуговицы — явно не обошлось без магии — штаны под весом кольчуги стремительно скатились по мышцатым ногам, образовав на икрах подобие гармошек. Следопыт виновато посмотрел на хмурую Лайлу, безмолвно блуждавшую между яростью и отчаянием. А ощутив ниже пояса тёплые губы, стыдливо отвернулся. Первый раз за тридцать восемь лет Джон находился в настолько нелепой ситуации. Но, что хуже, даже не знал, чего опасался сильнее: умереть или выжить. Ведь в последнем случае сроду не подобрать подходящих слов… Демонесса была искусна. То её уста удивляли нежностью прикосновений, то обрамляли фаллос тугим кольцом. Невзирая на подавленность, тело предательски отозвалось на ласки. Воспрявшую плоть, окружённую четырьмя острыми клыками-надзирателями и двумя рядами стражей поменьше, встретил язык, горячий, словно грог, скользкий, будто ламповое масло, и подвижный, как пальцы музыканта. Здесь уж следопыт почувствовал крайнюю степень возбуждения. Как и любой другой мужчина, он не мог не испытывать удовольствия от процесса, хотя всё происходящее представлялось донельзя отвратительным. Оттого на душе стало втройне противнее, точно на голову выплеснули содержимое ночного горшка. |