Онлайн книга «Ледяная колыбель»
|
— Но сумеешь ли ты быть беспристрастен? — кончик кисти щекотал тусклое солнце. — Ведь Дорога к Свету тебе закрыта навсегда… — Свет — это наука. Точные формулы и руны, основанные на энергетической ауре Существ. Даже импровизация подчиняется определённым законам. Тьма же — интуитивное управление хаосом. Ментальная конвертация жизненной силы. Здесь нет каноничных рамок. Разумеется, безграничность взимает неизбежную плату. Тьма проникает в самые недра разума, меняет структуру души, а иногда… порабощает. Но разве я похож на безумца или слепца? Леонардо повернулся и продемонстрировал поражённую магией руку. Костяную кисть обвили чёрные змейки тумана — прямо на глазах ладонь с пальцами обросла плотью и стала невредимой: — Вкупе с тёмными чарами фрагменты демонической сущности способны обуздать смерть, укротить безумие и разменять бренность бытия на божественные высоты. Магия Жизни — самообман. Медленное угасание. Когда я завершу исследования, предложу человечеству альтернативу. Мы сможем прикоснуться к другим мирам. Познать то, что сейчас даже не в силах вообразить. — Жаль, высокие стремления не проходят без жертв… — вздохнул художник и всеми фибрами души почувствовал завитавшее вокруг презрение, более холодное, чем осенний ветер. — Оглянись, Рихард. Жертвы были всегда. Но лишь смелые духом решат, когда подобные прецеденты останутся в прошлом… Под пристальными взорами гиен некромант приблизился к холсту. Вальяжно стянул перчатку с левой руки и опустил коготь в чёрную краску. Затем элегантным движением перста вывел восседавшего на флюгере ворона. Рихард выглянул из-за холста: на кованой стреле и правда сидел ворон. — Хм… — повернул голову художник, только рядом уже никто не стоял. Впрочем, и поодаль тоже. Собеседник исчез, словно морок. * * * Иори покинул крышу поместья и, залетев в окно третьего этажа, приземлился на письменный стол из красного дерева. На нём, в ореоле потревоженной пыли, лежала кожаная перчатка. Чуть правее — хрустальная призма и открытая шкатулка с бархатной подушечкой, ещё хранившей вмятину от продолговатого предмета. Рядом же стоял перегонный куб, вокруг которого валялось множество стеклянных колб: треснутых, с полосками пепла или покрытых изнутри сажей. Ворон вспорхнул со стола и устремился вслед за хозяином, чьи размеренные шаги доносились из длинного коридора. Сложенные крылья миновали дверной проём, а затем рассекли воздух вдоль ряда великолепных картин. Почти на всех был изображён рассвет. Правда, всякий раз его лучезарность покрывали какие-то расчёты и витиеватые схемы. Лишь крайняя картина зияла мраком ущелья. Под ней, на небольшом столике, блестел серебряный кубок… Иори догнал Леонардо у винтовой лестницы, и тот с птицей на плече стал спускаться по высоким каменным ступеням. Мимо второго этажа. Мимо первого. Всё ниже и ниже. Пока сапоги не ступили в рыжую лужу перед железными воротами. Отворив их ключом, некромант зашагал навстречу мгле. По бокам проплывали решётки запертых камер, откуда слышались шорохи, рыки, а иногда и зловещее шипение. Однако одна из них оказалась открыта: недобро поскрипывала погнутой дверью. Даже не повернув головы, Леонардо остановился напротив. Внутри что-то захлюпало. Из проёма высунулась похожая на клешню кисть и осторожно притянула покорёженную решётку. Колдун зашагал дальше. В безнадёжный тупик, к последней камере, где за прутьями ярко горели глаза: бездонно-чёрные зрачки окаймляло оранжевое сияние, стиснутое чернотой белков — словно солнечное затмение. |