Книга Живые и мертвые, страница 127 – Ярослав Заболотников

Распорядитель стоял с видом, будто дерьма пригубил. Потом же сказал:

— Валите отсюда вместе со своей патлатой кашло́той, — поднял он ладонь, а после процедил: — И лучше вам больше не попадаться мне на глаза.

Решётка, за которой квадратами виднелась дорога к столице, поползла вверх — вот она, свобода. Однако спешить не стоило. Как и отвечать долговязому. Он был на грани срыва и любые слова принял бы за издёвку.

Взобравшись на мерина, ассасин поехал к арке. За ним — и остальные странники. Когда за спинами лязгнула решётка, а копыта ступили на пыльную дорогу, он самодовольно произнёс:

— Вот теперь можете говорить. А ты, — палец указал на болезного Шойсу, — завязывай. Вышло недурно, но больше не надо. Вот, смотри, — ладонь, стёршая с лица гримасу мук, добавила понимания.

— Ясны, — вмиг «исцелился» дроу.

— Лихо вы дылде нос утёрли, — усмехнулся Джон. — Хотя всё прошло не совсем гладко, да?

— Ага.

Следопыт глянул вдаль, на трактир у дороги и нырявший в заросли поворот.

— Хоть в двух словах расскажи, пока нет никого.

Рэксволд обвёл взором заинтересованные лица и улыбнулся:

— Ну, слушайте тогда. Один чёрт спешить некуда.

— Это почему? — сразу насторожилась Лайла.

— Потому что это не рогатая здесь шороху навела.

И ассасин поведал о том, что происходило на мосту. Со всеми подробностями. Без прикрас. История и так получилась эпичной. Правда, риск быть вздёрнутыми стал твёрдой косточкой в спелой мякоти.

— Я нисколько не умаляю твоих заслуг, но нам ещё ехать обратно… — задумчиво промолвила Лайла.

— И? Всучу ему его же мошну. Не подкуп, а возврат. У меня всё схвачено.

— А если не возьмёт? — предположил Джон.

— Будто у него выбор будет, — загадочно сказал Рэксволд. — Я — не Леонардо. Мои планы работают как надо, — продолжал он купаться в лучах славы. — Только вот что. Сейчас на востоке нехилая такая бойня идёт. Почти все, кто может держать оружие, — там. Как справятся, начнут шнырять в поисках недобитых. Если мы сегодня не найдём Частицу, лазить тут без Густафа — самолично усадить зад на кол.

— До моста лишь слухи доходят, запоздалые, — подала голос Эрминия. — Надо ещё до вечера отсюда убраться.

— Да, даже так, — согласился ассасин. Он мазнул взглядом деревянный указатель на развилке и направил коня вправо.

Лайла повернула за ним бездумно. Полностью ушла в себя. Как бы ни было жалко убивавших друг друга людей — это во сто раз лучше заявившейся на остров Хризальтеры. В самом сердце очередной чужбины дыхание смерти отдалилось, а робкая свеча надежды засияла ярким факелом. Что это, если не Знак?..

* * *

Дорога в столицу, утоптанная и широкая, как центральная улица села, уверенно рассекала широколистные заросли. Потом же стала метать в стороны худые ответвления. По одному из них странники и поехали. Вокруг опять вырос лес. Можно даже сказать, возмужал. Деревья редкие, но могучие и высокие. Своими разлапистыми кронами они загораживали всё небо. Лишь по одиноким каплям можно было догадаться о начавшемся дожде. Один раз о нём возвестил тоненький писк какого-то зверька, что обитал в тёмном потолке из ветвей и листвы. Мрачная дорожка привела к холму, по которому вверх устремлялась лестница из брёвен. Вполне пологая. И всё же, поднимаясь по ней, странники предпочли вести лошадей рядом, по травянистому склону. По мере восхождения деревьев становилось меньше и по бокам открывался вид на плотную зелень крон. Сейчас, под угрюмой необъятностью туч, они напоминали гигантский мох, хотя ещё недавно простирались над головой. А вдали, сквозь моросящий дождь, различалась неприступная стена, над которой очерчивались острые крыши Мальпанеры.