Книга Киборги Нотариуса, страница 39 – Брендон Сандерсон

— Пытаюсь, – сказал я. – Одну муть какую-то вижу. Кто-нибудь может сказать, что это означает?

Я посмотрел на Австралию. Та пожала плечами. Она была окулятором, но знаниями не блистала. Впрочем, судить трудно – я тоже был окулятором, но знал еще меньше.

— Меня не спрашивай, – предупредил Каз. – По счастью, эта способность меня обошла.

Я повернулся к Бастилии.

— На нее можешь не смотреть, – сказала Дролин. – Бастилия – оруженосец Кристаллии, а не окулятор.

Я перехватил взгляд Бастилии. Она покосилась на свою мать.

— Я приказываю ей говорить, – твердо произнес я.

— Такая картина повествует о том, что присутствует некое вмешательство, помеха, – быстро заговорила Бастилия. – Линзы курьера довольно капризны, и некоторые виды стекла способны блокировать их работу. Спорю на что угодно – там, внизу, в библиотеке, давно предприняли меры против ловкачей, которые схватят книгу и, прежде чем потерять душу, возьмутся читать кому-то постороннему с помощью линз…

— Спасибо, Бастилия, – поблагодарил я. – Знаешь, иногда до того здорово, что ты рядом!

Она улыбнулась, но тут же перехватила недовольный взгляд Дролин и вновь посуровела.

— Ну так что? Привал или как? – спросил Каз.

Я заметил: все смотрели на меня.

— Ну… привал.

Дролин, кивнув, отошла к какому-то похожему на папоротник растению и стала обрубать длинные листья, чтобы соорудить подобие укрытия. Солнце уже начало припекать. Вполне ожидаемо – мы ведь как-никак находились в Египте.

Я взялся помогать Австралии. Она перетряхивала рюкзак, вытаскивая съестное. Пока возились, в животе у меня стало урчать, ведь последним, что я ел, были те самые затхлые чипсы в аэропорту.

— Итак, – сказал я, – ты у нас окулятор?

Австралия покраснела:

— Типа того, но не очень хороший. Все не соображу, как они вообще работают, эти линзы!

Я хихикнул:

— Честно, я тоже…

Австралию мои слова, кажется, еще больше смутили, и я спросил:

— Что не так?

Она в ответ улыбнулась, по своему обыкновению весело и чуть вызывающе:

— Я… в общем… нет, все в порядке. Просто ты прирожденный мастер, Алькатрас, а я… Я прежде раз десять пробовала использовать линзы курьера, но ты сам видел, как я налажала, связываясь с тобой в аэропорту.

— А по-моему, ты отлично справилась, – возразил я. – Шкурку мою спасла.

— Вроде того, – проговорила она, потупившись.

— У тебя есть какие-нибудь линзы окулятора? – поинтересовался я, впервые обратив внимание, что она не носила никаких линз. Тогда как я после попытки связаться с дедом вновь надел свои линзы окулятора.

Австралия, покраснев, зашарила по карманам и наконец вытащила пару линз в гораздо более стильной оправе, чем у моих.

— Я… мне не очень нравится, как они выглядят, – сказала она, надевая линзы.

— Да отлично они выглядят, – не согласился я. – Слушай, мне дед внушал – надо их постоянно носить, чтобы привыкнуть. Тебе, может, попрактиковаться надо, и все!

— Так я… десять лет уже…

— А сколько времени из этих десяти лет ты линзы носила?

— Полагаю, не особенно много. В любом случае, пока здесь есть ты, другой окулятор не особенно нужен, так не все ли равно?

Она улыбалась, но я нутром чуял – все не так просто. Уж очень здорово она прятала настоящие чувства под маской искрометной веселости.

— Вот уж не уверен, – сказал я, нарезая ломтики хлеба. – В любом случае я очень рад, что с нами еще один окулятор. Особенно если все же придется лезть в подземелье!