Книга Талант под прикрытием, страница 98 – Брендон Сандерсон

Дедушка Смедри улыбнулся в ответ.

— Но они, – сказал он, – не делают того, чего ты от них ждал. Так ведь?

Блэкбёрн передернул плечами.

Дедушка Смедри прекратил наконец кружить возле полок. Подняв руку, он снял с подставки какую-то линзу и присоединил ее к еще нескольким, лежавшим у него на ладони. И повернулся к Блэкбёрну.

— Давай не будем, – сказал он. – А если будем, то давай!

Блэкбёрн расплылся еще шире:

— Давно же я этого ждал.

Рука дедушки Смедри метнулась к лицу, поднося к глазу линзу окулятора. Блэкбёрн тоже вскинул ладонь… и надел еще один монокль поверх того, в котором пришел.

Синг, как и следовало ожидать, грохнулся на пол.

— Битые стекла! – ругнулась Бастилия, грабастая меня за руку и увлекая в сторонку.

Даже мускулистые Библиотекари замерли на местах, расставляя для устойчивости напряженные ноги.

И тогда воздух затрещал энергетическими зарядами. Волосы у меня поднялись дыбом, каждый шаг вызывал легкий удар статическим электричеством.

— Что происходит? – закричал я шепотом, обращаясь к Бастилии.

Она ответила:

— Окуляторский поединок.

Я увидел, как дедушка Смедри поднес к лицу еще одну линзу. Левый глаз он держал зажмуренным, так что обе линзы располагались у правого. Первая из них – розово-красная линза окулятора – висела прямо в воздухе, сама собой удерживаясь в одном положении.

Блэкбёрн подвел к единственному глазу третью линзу. Комнату наполнила такая энергия, что линзы завибрировали на подставках.

Я узнал выбранное им стеклышко, это была черновато-зеленая линза палача. Я ощутил ее активацию. Вот только на дедушку Смедри она видимого воздействия не возымела.

— Линзы окулятора, которые сейчас на тебе, – перекрывая дребезжание стекол, пояснила Бастилия. – Они так называются, потому что они базовые, в смысле универсальные. Хорошо обученный окулятор может отбивать ими атаки врага.

Дедушка Смедри медленно поднес к глазу третью линзу. Все три так и повисли перед ним в воздухе. Самая последняя издавала тончайший звон, от которого было больно ушам. Хотя звуковой луч предназначался в основном Блэкбёрну.

— Почему они комбинируют линзы? – спросил я, глядя, как Блэкбёрн берется за четвертое стекло.

В комнату дохнуло морозом, к дедушке Смедри протянулась ниточка кружащегося инея.

Мы с Бастилией пригнулись к самому полу. Между стенами загудел ветер. Он развевал мои волосы и забирался под куртку.

— Они парируют атаки друг друга, – сказала Бастилия. – Добавляют линзу за линзой. Штука в том, что по мере нарастания их числа делается все трудней фокусировать силу. Тот, кто первым утратит контроль над своими линзами или не сумеет блокировать неприятельский выпад, проиграет.

Дедушка Смедри поднес к глазу четвертую линзу, и я заметил, что его рука начала дрожать.

Ветер колебал выстроившиеся в воздухе линзы. Дедушка Смедри больше не улыбался. Более того, свободной рукой он опирался о стену, чтобы не упасть.

Блэкбёрн добавил пятую линзу, и я ее снова узнал. На ней не было оправы монокля, зато посередине красовалась алая точка.

«Моя линза поджигателя! – ахнул я мысленно. – Он нашел ее и забрал!»

Как ей и полагалось, линза испустила огненный луч, и он устремился вперед, ложась параллельно нитке морозного инея. Но то и другое, приближаясь к дедушке Смедри, обращалось в ничто, словно бы наталкиваясь на невидимый щит. Дедушка Смедри только крякнул, принимая удар.