Книга Талант под прикрытием, страница 73 – Брендон Сандерсон

Ибо именно это и случилось в промежутке между двумя главами, на отрезке времени столь кратком, что он как бы даже и не считается. Тем не менее…

Блэкбёрн успел злобно хохотнуть раз или два, а потом поволок дедушку Смедри в «комнату дознания». То есть попросту – в пыточную.

Перспектива как следует поиздеваться над высококвалифицированным Смедри явно доставляла ему ни с чем не сравнимое удовольствие.

И его можно понять.

— Вернись! – завизжала Бастилия, колотя по решетке поганым ведром.

Я невольно порадовался, что использовать его по назначению так и не собрался.

— Вернись и сражайся со мной! – вопила она и колошматила ведром то сплеча, то наотмашь, пока не разнесла деревянную посудину в щепы.

Тут она замолчала и некоторое время стояла, отдуваясь и держа в руке осиротевшую ручку.

— Ну вот, – шепнул мне Синг. – По крайней мере, к ней возвращается хорошее настроение.

«Да уж», – согласился я мысленно, чувствуя, как уходят последние отголоски мучительной боли. Позже я выяснил, что пребывал под воздействием линз палача всего три секунды. Для того чтобы причинить необратимые повреждения, требуется как минимум пять.

Я полностью поддерживал чувства Бастилии. На самом деле я ощущал примерно такую же ярость, другое дело, я не искал ей выхода, разбивая ни в чем не повинные ведра. Я сидел на полу, и мне было стыдно от того, как быстро я сломался. Тем не менее воспоминания о трехсекундном страдании все еще заставляли меня содрогаться.

Но всего хуже была мысль о том, что схвачен мой дедушка. Верно, я едва его знал, но успел к нему искренне привязаться. А ведь, может, в эти самые мгновения Блэкбёрн наводил на него свою страшную линзу.

Что-то подсказывало мне, что тремя секундами он не ограничится.

Наклонившись, Бастилия подхватила горсть деревянных щепок и в бессильной ярости швырнула их сквозь решетку.

— Все это в пользу бедных, Бастилия, – сказал я ей.

— Да? – ощерилась она. – А сидеть с глупым видом на полу – это не в пользу? На себя посмотри!

Я посмотрел. И кажется, залился краской.

— Бастилия, девочка моя, – сказал Синг. – Как-то это… слишком. Даже для тебя.

Бастилия зарычала сквозь зубы и отвернулась.

— Ёкалэмэнэ, – буркнула она затем и в отчаянии наподдала ногой кучу соломы. – Как подумаю, что старика Смедри… Он, конечно, старый дурак, но все равно… Его же сейчас, может, пытают.

И она снова пнула солому. Та довольно забавно подлетела и шмякнулась на пол, вот только смеяться никому из нас не хотелось.

— Мы все за него переживаем, Бастилия, – сказал Синг.

— Ты не понимаешь, – воскликнула Бастилия, вытаскивая стебельки, запутавшиеся в ее серебряных волосах. – Я же рыцарь Кристаллии! Я клятву давала защищать окуляторов Свободных Королевств! Меня назначили его личной охранницей. Предполагалось, что я не дам в обиду старого Смедри. Не допущу, чтобы он во что-нибудь влип.

— Да, но…

— Нет, Синг, – прервала его Бастилия. – Тебе не понять. Ливенворт – чистокровный Смедри, прошедший полное обучение. Более того, он член Совета окуляторов, он является другом десятков королей и правителей, ему доверяют. Можешь вообразить, какого уровня государственные тайны ему известны?

Синг нахмурился.

— Как ты думаешь, – продолжала Бастилия, – почему Совет так упорно настаивает, чтобы при нем всегда находился рыцарь Кристаллии, готовый его защитить? Да, он вечно ноет, что ему-де совершенно не нужен охранник, или рыцарь. Совет, может, и пошел бы у него на поводу – в те давно минувшие времена, когда на кону была всего лишь его жизнь. Но ему столько всего известно, Синг, ты себе не представляешь! Поэтому меня к нему и приставили, и я должна была костьми лечь, но не дать его в обиду. – Она вздохнула и аморфно сползла по стене. – А я оплошала.