Книга Рыцари Кристаллии, страница 61 – Брендон Сандерсон

Никто не ответил. Мы впятером некоторое время сидели в комнате, размышляя. Дедушка Смедри, Синг и Фолсом лакомились печеньем. Я воздержался. Гималайя тоже не ела. Кому бы знать, как не ей, был ли гостинец отравлен.

Скоро к нам заглянул слуга.

— Лорд Смедри, – сказал юноша, – Кристаллия запрашивает обмен.

— Одобряю, – подтвердил свое решение дед.

Гималайя наконец взяла печеньку и съела. «Пошла прахом моя теория», – решил я, вздохнув.

Еще несколько минут – и в переговорную вошла Бастилия. Я вскочил, потрясенный до глубины души.

— Бастилия! Ты здесь?

Она казалась сбитой с толку, словно получила несколько пощечин. Она смотрела на меня, еле-еле фокусируя взгляд.

— Я… – сказала она. – Да, я здесь.

У меня мурашки по спине пробежали. Что Хрустальные над ней сотворили?! Наверняка нечто ужасное, если она больше не сопровождала мои дурацкие реплики язвительными комментариями. Синг кинулся вперед, чтобы пододвинуть ей кресло. Бастилия села и сложила руки на коленях. На ней больше не было форменной одежды кристаллийского оруженосца. Ее сменила простая коричневая рубашка и штаны вроде тех, в каких ходило большинство горожан.

— Девочка моя, – сказал дедушка Смедри, – ты как?..

— Холодно, – прошептала она.

— Мы тут пытаемся придумать, как не дать Библиотекарям захватить Мокию, – сказал я Бастилии. – Может, ты… сумела бы помочь…

Она рассеянно кивнула. Вот как прикажете вовлекать ее в изобличение заговора Библиотекарей и тем самым способствовать возвращению ей рыцарства, если она говорить-то едва может?

Дедушка Смедри посмотрел на меня:

— Есть идеи?

— Есть! Пойду, пожалуй, переломаю несколько Хрустальных мечей! – бросил я резко.

— Я сейчас не о Бастилии, внучек, – сказал дед. – Уверяю тебя, мы все дружно осуждаем то, как с ней поступили. Однако сейчас перед нами стоят проблемы масштабнее.

Я пожал плечами:

— Дедушка, я в тихоземной-то политике ни шиша не волоку, какое там в налхалланской! Я понятия не имею, что делать!

— Но мы не можем просто так здесь сидеть сложа руки, – кипятился Синг. – Мы языками чешем, а мой народ гибнет! Если другие Свободные Королевства откажут нам в поддержке, нам просто станет нечем воевать!

— А можно… можно мне взглянуть на текст договора? – попросила Гималайя. – Вдруг я разгляжу что-то, что могли пропустить вы, налхалланцы? Какую-то хитрость Библиотекарей, чтобы предъявить ее королям?

— Отличная мысль! – сказал дедушка Смедри. – Фолсом?

— Я отвезу ее во дворец, – сказал брат. – Там в общественном доступе хранится экземпляр, и мы его прочитаем.

— Лорд Смедри, – сказал Синг, – думаю, вам бы поговорить еще с королями…

— Я пытался, Синг.

— Да, – настаивал мокиец. – Но может, вам бы обратиться к ним официально, на заседании… Не знаю, вдруг это смутит их перед лицом людских толп?

Дедушка Смедри нахмурился:

— Что ж, пожалуй… Хотя я бы лучше опасную вылазку совершил!

— Где только вражье логово для вылазки найти, – посетовал Синг. – Весь город – наши друзья.

— За одним исключением, – сказал дедушка, и его глаза хитро блеснули. – Посольство Библиотекарей!

Мы призадумались, а потом все посмотрели на Бастилию. Мы привыкли считать ее этаким голосом разума, объяснявшим нам… ладно, полную глупость разных наших безумных затей.

Бастилия по-прежнему таращилась прямо перед собой, едва вменяемая после экзекуции.