Книга Игры великих, страница 47 – Джон Демидов

Мой призыв не заставил себя упрашивать дважды, и взобравшись на остатки паутины начал работать своими клинками как скальпелями, аккуратно разрезая сизую ткань.

Первые три кокона были пусты — внутри оказались лишь иссушенные, мумифицированные останки каких-то тварей, от четвёртого пахнуло разложением — там был человек, но давно уже мёртвый.

Пятый, шестой…

На седьмом коконе лезвие скелета рассекло оболочку, и оттуда, обливаясь липкой слизью, вывалилась человеческая фигура, в которой я сразу же опознал Илью.

Он был бледен как полотно, а его форма изорвана. На лице были множественные ссадины и синяки, но он дышал. Его дыхание было хриплым и прерывистым, а глаза закрыты. На его шее и руках виднелись следы укусов и ожогов от паутины, но он был жив, а всё остальное было не важно.

Восьмой кокон хранил в себе капитана Попова. Он был в ещё более худшем состоянии — одна нога неестественно вывернута, лицо залито кровью из рассечённого лба, но его грудь тоже поднималась, что вызвало у меня облегчённый вздох.

Из девятого, и последнего человеческого кокона выпала Марина, и в этот момент у меня кровь застыла в жилах… Дело в том, что у неё не было левой руки! Рукав формы был пуст и окровавлен, рана ниже плеча выглядела ужасно — будто её не отрезали, а… вырвали с корнем.

В этот момент я наконец пришёл в себя, и ринулся к телам своих друзей. Как только я к ним подбежал, то тут же подкинул сферу в своих руках в воздух, и она сразу же начала свою работу.

Я стоял среди этого ада, глядя на трёх выживших, и облегчённо думал о том, что первая часть моего плана была успешно выполнена. Я нашёл их, и теперь мне нужно было понять, как выбраться отсюда, учитывая, что двое из троих найдёнышей находятся в критическом состоянии, и мне не стоило забывать, что полковник в дежурке уже мог придти в себя, и выслать за нами группу ДКАР, с которой мне совсем не хотелось встречаться…

Я стоял на некотором расстоянии от своих друзей и наблюдал, как брошенная мной сфера зависла в воздухе между тремя телами, и начала пульсировать мягким, синим светом, сразу после чего из неё потянулись три тончайшие, почти невидимые нити серебристой энергии, которые практически сразу нашли свои цели и слились с их телами в точке чуть ниже ключицы.

Как только это произошло, то сфера сразу же начала свою работу. Она стала светиться немного ярче, а потом превратилась в своего рода насос, который перекачивал аккумулированную живительную силу по установленным каналам, и эффект от этого действа не заставил себя ждать.

На Илье он проявился ярче всего: мелкие ссадины и царапины на его лице и руках стали затягиваться буквально на глазах, оставляя после себя лишь новую, немного розоватую кожу, а синяки поблекли и исчезли за считанные секунды.

Хриплое дыхание выровнялось, сразу после чего на его щёки вернулся здоровый румянец, а потом он вообще задышал полной грудью, от чего складывалось впечатление, что мой друг просто спит.

Сфера с лёгкостью выжигала следы яда, снимала шок и восстанавливала потраченные силы, и глядя на это, я ни разу не пожалел, что система дала мне именно такой навык, а не какую-нибудь заковыристую атаку.

С капитаном Поповым всё было существенно сложнее. Основной поток энергии от сферы устремился к его переломанной ноге, и я увидел, что под тканью его камуфляжных штанов неестественный изгиб стал выправляться, а кость потихоньку вставала на место с тихим, но отчётливым хрустом.