Книга Тьма внутри, страница 62 – Джон Демидов

Внезапно темп дыхания девушки изменился, и спустя буквально несколько мгновений Дарина вдруг пошевелилась, открыла свои карие глаза и посмотрела на меня. Её взгляд был немного мутным от сна, но не прошло и нескольких секунд, как она лукаво улыбнулась, и от этой улыбки, а так же от нахлынувшего чувства благодарности и счастья с её стороны всё внутри меня буквально ёкнуло.

— Привет, — прошептала она, слегка хрипловатым голосом от сна.

— Привет, — ответил я, чувствуя, как улыбка сама, помимо моей воли, расползается по моему лицу.

Она потянулась, как кошка, и затем прижалась ко мне, положив голову на грудь, после чего протянула ленивым голосом:

— Господи… Максимов… Сделай лицо попроще, а то как кот, объевшийся сметаны… Будто не с девушкой переспал, а по меньшей мере выиграл эту жизнь.

Я на эту просьбу Дарины лишь больше разулыбался и сильнее прижал её к себе. Это было не передать словами, как любопытно — слышать ушами сарказм, а чувствами ощущать абсолютное умиротворение и расслабленность с её стороны.

Тем временем молчание между нами после её фразы постепенно становилось неприличным, и поэтому я решил сказать хоть что-то:

— Ну, знаешь, если бы случилось невероятное, и я действительно выиграл эту жизнь, то ты была бы главным призом за это достижение. — произнёс я, стараясь сохранить лёгкий сарказм в голосе, но не смотря на все мои старания в нём всё равно проскользнула нотка искренности.

Дарина слегка приподняла бровь, но ничего не ответила на это моё утверждение. Её взгляд скользнул по моему лицу, будто пытаясь уловить малейшие сигналы, которые могли бы позволить прочитать, что я на самом деле чувствую, но всё было тщетно.

В следующий миг я почувствовал, как её пальцы слегка сжали мою руку, и это было куда больше, чем просто прикосновение. Это было фактически признание, что ей тоже не всё равно.

— Ты знаешь, — продолжил я, — до сих пор не могу поверить, что всё вот так вот случилось, и сейчас мне кажется, что я действительно выиграл в какую-то невероятную лотерею. Просто потому, что в моей постели лежит восхитительная голая девушка, и судя по всему совсем не собирается мне высказывать за порушенную девичью честь.

Она наконец рассмеялась, но это был не тот саркастический смех, к которому я привык за все эти годы. Это был мягкий, почти нежный звук, который моментально заставил моё сердце биться чаще.

— Ну ты и романтик, Максимов, — наконец сказала она, слегка подтолкнув меня плечом, и тут же продолжила:

— Кто бы мог подумать, что под этой твоей вечной маской циника скрывается такой сентиментальный тип, что аж тошнит от всех этих нежностей.

— Только не говори никому! — пошутил я, притворно хмурясь. — Иначе вся тщательно пестуемая мной репутация будет испорчена.

Мы снова замолчали, но на этот раз тишина была комфортной. Она была наполнена тем, что мы оба чувствовали, но пока не решались озвучить друг другу.

— Ладно, — наконец сказала Дарина, вставая с кровати, тем самым приковывая к своему спортивному подтянутому телу мой жадный взгляд. — Хватит валяться, пора вершить великие вещи!

Я перевёл взгляд на её лицо, пытаясь понять, что она имеет в виду этой фразой, но в данный момент прочитать по нему хоть что-то было решительно невозможно. Дарина вернулась к своей привычной роли — уверенной, немного дерзкой девушки, и понять — когда она серьёзна, а когда нет — было той ещё задачкой.