Книга Воцарение тьмы, страница 100 – Джон Демидов

Я усмехнулся про себя, мысленно подумав о том, что это был очень хороший вопрос, и репортер, сама того не зная, попала пальцем в небо, и Зарубин это тоже оценил, ответив гораздо жестче, чем планировал:

— Я понимаю ваше недоверие, но позвольте мне как техническому специалисту заявить: современные DDoS-атаки могут быть невероятно сложными и изощрёнными. Те, кто это организовал, имели доступ к закрытой информации о нашей инфраструктуре, и уже сейчас понятно, что это был спланированный удар, направленный именно на то, чтобы вызвать максимальный хаос.

Мы уже установили источник — это группа серверов, зарегистрированных через цепочку подставных компаний и сейчас наши люди при содействии правоохранительных органов уже пытаются выйти на заказчиков.

Я слушал этого хитреца и восхищался его способностью придумывать на ходу то, чего не было, а репортер все не унималась:

— Хорошо, допустим… Но у меня есть еще один вопрос, который волнует миллионы ваших пользователей, и этот вопрос касается сроков восстановления. Когда игра снова заработает? И, что не менее важно, — её голос стал чуть твёрже, — как компания планирует компенсировать потери тем, для кого «Эриния» была не просто развлечением, а источником дохода? Мы знаем, что тысячи игроков зарабатывали на внутриигровых предметах, на фарме, на стримах…

Зарубин ответил не сразу, а когда он заговорил, в его голосе появились стальные нотки человека, который привык отстаивать свою позицию до конца.

— Анна, я прекрасно понимаю эмоции игроков, но давайте будем честными: каждый, кто регистрировался в «Эринии», подписывал пользовательское соглашение, в котором чёрным по белому прописаны все возможные форс-мажорные обстоятельства, включая технические сбои, атаки и недоступность серверов. Там же указано, что компания не несёт ответственности за упущенную выгоду, связанную с использованием игрового контента в коммерческих целях.

— Но, Роман Григорьевич…

— Позвольте закончить. — Перебил он ее резким голосом. — Я понимаю, что для многих «Эриния» стала работой, но это был их осознанный выбор. Они сами приняли решение оставить прежние места работы, сами пошли на риск, и сами должны отвечать за последствия. Компания «Альтис-геймс» создаёт продукт и предоставляет услуги, а за жизненные выборы наших пользователей — не несет никакой ответственности. Поэтому никаких компенсаций за время простоя не предусмотрено.

Слушая голос Зарубина, я чувствовал, как внутри меня закипает глухое раздражение на его позицию. Формулировки, которые он использовал, были правильными с юридической точки зрения, но насколько они были правильными — настолько же они были и циничными. Тысячи людей лишились дохода, а он прячется за пунктами договора.

Впрочем, что я хотел? Это был тот самый Зарубин, который создал ловушку для миллионов людей, и почему я начал удивляться, что сейчас он отказывается от ответственности?

Репортёр, кажется, тоже не ожидала такой прямоты, и в тот же момент в её голосе появились нотки, которые я бы назвал профессиональной провокацией:

— Роман Григорьевич, но ведь вы сами в многочисленных интервью называли «Эринию» не просто игрой, а «второй жизнью» и «новой реальностью»… Вы призывали людей инвестировать в неё своё время, свои таланты, свои надежды… А теперь, когда эта «вторая жизнь» рухнула, вы отгораживаетесь пунктами договора? Не кажется ли вам, что это выглядит несколько лицемерно?