Книга Рунолог поневоле, страница 35 – Джон Демидов

Я, в отличии от своего проводника, шел прямо с расправленными плечами. Холодный взгляд бесстрастно направлен вперед, сквозь толпу, а моя осанка, моя походка — всё это было не более чем привычкой власти, которая даже будучи утраченной — действовала как невидимый клин, заставляя людей вокруг инстинктивно отшатываться, давая нам дорогу. Они понятия не имели кто я, но интуицией чувствовали, что я не из тех, кого стоит трогать без серьезного повода. По крайней мере я очень на это надеялся.

Надежда прожила совсем недолго и развеялась как дым, когда мы свернули в чуть более узкий и темный переулок, который по указаниям Арганда должен был вести в сторону Западной Стены.

Из тени ниши, где гнили какие-то мешки, вышли трое разумных. Я слёту определил, что они не имеют никакого отношения к шии'иру, и вообще не являются серьёзными бойцами. Обычная мелкая сошка, которой полным полно на улицах этого великолепного города.

Грязные, в потертой коже вместо брони, вооружённые тупыми ножами и сверкающие голодными глазами. Всё в этих несчастных просто кричало о том, что находятся они не то что за чертой бедности, а эта черта для них недостижимая мечта.

— Эй, красавчики! — гаркнул самый рослый, с щекой, перекошенной шрамом. — Куда это вы так спешите, что уважаемых тиулов не замечаете? Небось, с ратуши? Тестик прошли? Расскажите-ка, что вам там намерили… И кошельки заодно предъявите. Городская пошлина за безопасный проход!

Два его подельника в лице парнишки с прыщавым лицом и типом с бегающими глазками, глупо захихикали, словно их босс отмочил самую лучшую шутку века, после чего стали заученно расходиться полукругом, тем самым перекрывая нам путь к отступлению.

Чем ближе эти отчаянные парни к нам приближались, тем сильнее я морщился… Терпеть не могу запах дешевого вина и немытой одежды.

Арганд, увидев такой «впечатляющий» комитет по встрече, втянул голову в плечи, и отошёл к стене, предоставив мне право развлекаться так, как мне того захочется.

Поразвлекаться я всегда был горазд, поэтому не раздумывая остановился, и ме-е-едленно повернулся в сторону «Шрама». У меня не было ни страха, ни злости… Только холодное раздражение на этих «уважаемых» тиулов, какое бывает от назойливых мух.

— У вас есть ровно три секунды, чтобы живыми и здоровыми убраться с моих глаз. — сказал я тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало четко в внезапно наступившей тишине переулка. На несколько мгновений мне показалось, что от моих слов даже далёкий гул города немного поутих.

Шрам на короткий миг удивленно замер, после чего захохотал, каркающим нервным смехом.

— Ого! Слыхали, пацаны? Целых три секунды! Да ты, дружочек, видать, ещё совсем зелёный, раз не знаешь, что тут, в этом квартале… — Он сделал короткий шаг вперед, небрежно, но угрожающе занося руку с ножом. — Делают то, что говорю я!

Он не успел закончить, ведь моё терпение подошло к концу и я начал действовать.

Мое движение не было быстрым, но зато оно было очень точным. Я не стал суетиться, а просто напросто шагнул ему навстречу, прямо в зону удара ножа в его руке.

Моя левая рука неуловимо взметнулась вверх, блокируя его запястье своей траекторией, а предплечье легло точно под его, сбивая направление движения клинка в сторону от себя. Одновременно с этим моя правая рука, сжатая в кулак, описала короткую, но весьма сокрушительную дугу, которая завершилась ровнёхонько в солнечном сплетении Шрама.