Онлайн книга «Война за проливы. Призыв к походу»
|
— Николай, – тихо сказал я подполковнику, отведя его в сторонку, – я, конечно, понимаю, что ваш император сделал на меня ставку как на скаковую лошадь, и теперь боится, как бы чего не случилось; но мне стыдно, что моей защитой будут заниматься такие красивые юные девушки. Или я уже не мужчина и не могу сам постоять за свою жизнь? — Ты мужчина, Георгий, – ответил подполковник Бесоев, – и именно поэтому ты должен спать в одной комнате с молодыми девушками, а не со взрослым лицом одного с тобой пола, который годится тебе в отцы. Неважно, как дела обстоят на самом деле, я совсем не хочу лезть в твою личную жизнь, важно только, как это выглядит со стороны. Злые языки надо укоротить, и немедленно. Не только мой император сделал на тебя ставку; от того, станешь ли ты следующим сербским королем, зависят жизни и благополучие миллионов людей, и не только сербов и болгар. Ты честный и прямой человек, чуждый интригам и грязным подковерным играм, и именно поэтому очень многие в Сербии и за ее границами хотят видеть следующим королем не тебя, а твоего брата Александра, во всем тебе противоположного… Если тебя не сумеют убить, то попробуют дискредитировать – так, чтобы ты сам отказался от престола, и обвинение в гомосексуализме тоже может быть в числе тех, которые будут предъявлены тебе в ходе организованной травли. В нашем прошлом тебя отстранили, обвинив в зверском убийстве слуги, случившемся по абсолютно вздорному мотиву… — Погодите, Николай, – воскликнул я, – вы сказали «в вашем прошлом», я не ослышался?! — Да, Георгий, именно так я и сказал, – ответил мой собеседник. – Но давайте поговорим об этом позже, как мы и договаривались – в общих чертах я обрисую вам все, как есть. Лучше всего сегодня вечером. А сейчас давай сначала закончим разговор о твоей безопасности. Я только кивнул, подумав, что раз «в общих чертах», можно и не говорить. И так все ясно. Уже давно по белградскому «обществу» ходили разговоры о том, что самую значимую часть русской верхушки, стоящей вокруг трона императора Михаила, составляют выходцы из прорвавшейся из будущего особой русской эскадры. Назывались фамилии адмирала Ларионова, неожиданно женившегося на британской королевишне, генерала Бережного, ставшего зятем самому царю, тайного советника Тамбовцева, создавшего самую совершенную тайную полицию в мире, под корень выкорчевавшую одних революционеров и приручившую других. Еще говорили, что эти люди с особой эскадры все знают и все умеют, а поэтому бороться с ними бесполезно. Кто пробовал, тех уже в земле доедают черви. Фамилия Бесоев при этом не называлась, но это, скорее всего, из-за его небольшого чина. Ведь на той эскадре должны быть не только генералы-адмиралы, полковники и капитаны первого ранга, но и младшие офицеры, а также нижние чины. На нижнего чина мой новый знакомый не походил совсем, а вот поручиком или лейтенантом на той особой эскадре он мог быть наверняка. Я, знаете ли, пару лет проучился в санкт-петербургском пажеском корпусе, и могу сказать, что на молодого русского аристократа подполковник Бесоев тоже походил только внешне. Да, манеры, осанка и прочее у него очень похожи, но какая-то особая энергия и взгляд на жизнь выдают в нем чужака. Но, как бы то ни было, подполковник Бесоев все равно мне нравится. Я даже не против той заботы, которую он обо мне проявляет, хотя обычно воспринимаю такие вещи в штыки. Сколько раз папа мне нудел про Михайлу Петровича и о том, что я веду себя неприлично; а Николай один раз объяснил, что моя личная жизнь ему безразлична, но разговоры обо мне и моем наставнике могут помешать делу – и сразу все стало понятно. И вообще, это дело у Николая всегда на первом месте. Он живет ради своего дела, и это мне импонирует. Разве мало я видел людей, которые без всякого дела коптят небо? И при этом весьма довольны собой; но если они вдруг исчезнут, то никто и ничего не заметит. |