Книга Рандеву с Варягом, страница 330 – Александр Борисович Михайловский

И вот теперь Витте вышвырнули из русской политики, и Россия, которая уже была "взвешена и поделена" уплывала из жадных ручонок. Кагал Ротшильдов был в состоянии, которое называется на идише "шухером". Многолетние труды ее агентов могли пойти в "тухес".

Посол Франции в Петербурге Морис Бомпар обивал пороги здания у Певческого моста, умоляя русского министра иностранных дел Петра Дурново, чтобы тот доложил императору Николаю II о его просьбе о срочной аудиенции. Но в ответ следовал неизменный ответ министра: "Государь занят... Государь занимается делами, связанными с войной на Дальнем Востоке".

Выглядело это, как вежливое и дипломатичное отправление к чертовой матери. Бомпар унижался, пробовал выйти на императора через Великих князей, но результат был тот же.

— Месье Дурново, - почти со слезами умолял министра посол, - я прошу передать Государю, что президент Французской империи месье Лубе готов сразу же после получения приглашения от вашего императора прибыть в Россию для ведения переговоров. Он даже готов прибыть с неофициальным визитом.

Дурново, наблюдая за унижениями когда-то гордого галла, думал о том, что Россия снова стала играть первую скрипку в мировой политики. Да что там первую скрипку, Россия играла Соло, пока все остальные ей с ужасом внимали. И все благодаря Чуду, которое, теперь он уже в этом не сомневался, совершено по Промыслу Господню. А, то кто еще мог послать эту эскадру Ларионова?

10 марта (23 февраля) 1904 года. 08:05. Санкт-Петербург. Дворец Великого князя Александра Михайловича. Набережная реки Мойки, 106.    Тамбовцев Александр Васильевич.

Наша команда, ездившая в Батум за молодым Кобой, наконец, благополучно вернулась в Санкт-Петербург. Хотя, какой он молодой, двадцать шесть лет всего. Почти все уже было в его жизни, разве что кроме первой любви. И в семинарии Сосо Джугашвили учился, и в революционной деятельности участвовал. За организацию забастовки он был арестован, сидел в тюрьме, потом ссылка в Сибирь, откуда Коба и совершил невероятный по своей дерзости побег.

И вот вернувшегося в Батум беглеца, ждали порочащие слухи, предательство товарищей, и новый арест. И вот из камеры тюрьмы его вытаскивают жандарм Познанский, майор Османов и старший лейтенант Бесоев. Жизнь Кобы снова круто поменялась, только он пока и не и догадывается, насколько круто. Теперь мне необходимо закончить ту работу, которую наши товарищи офицеры начали в дороге. Кстати, они уже должны подъехать к дворцу с вокзала. Конечно, ни на автомобиле, а на любезно предоставленных нашей хозяйкой санках.

По заботливо очищенным дворником от снега ступенькам парадного крыльца поднялись пять человек, одетых в одинаковые теплые спецназовские бушлаты и шапки ушанки... И не разберешь отсюда, кто из них кто. А вот и нет! Коба вон тот, который пониже остальных, и чувствует себя в форме немного неловко. Вряд ли в вагоне ему пришлось носить бушлат.

Кстати, зная о привычке Государя Николая Александровича лично примерять образцы военной формы и снаряжения, мы презентовали ему один из запасных комплектов его размера. Типа, пусть немного пофорсит перед кайзером на охоте. Шутка удалась. Охота состоялась позавчера и, как, посмеиваясь рассказывал генерал Ширинкин, кайзер, впитавший милитаризм с молоком матери, всю охоту жестоко завидовал русскому императору. И поделом, нечего было шашкой размахивать, когда его не просят.