Онлайн книга «Рандеву с Варягом»
|
— А почему вы упомянули крестьянский вопрос? - удивился ротмистр, - Неужели он так важен. — Восемь из десяти подданных русского царя - крестьяне. Восемь из десяти крестьянских дворов производят хлеба ровно столько, сколько необходимо для того, чтобы не умереть с голода. А если взять совокупно - это от половины до двух третей всего населения России. В подвале нашего дома пороховой погреб, а некоторые веселые господа еще и бегают туда курить. А другие серьезные господа, день ото дня добавляют все новые и новые порции пороха, поскольку это приносит им прибыль. Вопрос надо решать и быстро, иначе рванет так, что французская революция с ее якобинцами и гильотинами покажутся пикником гимназистов на природе. Народ надо срочно переселять из центральных нечерноземных губерний, где сплошь неурожаи и малоземелье, на юг и восток, на целину и черноземы. Про помещичью землю лучше забыть, проблемы она не решит. А вот как это переселение организовать - это вопрос отдельный. Всего в течении десяти лет необходимо переселить от двадцати до тридцати миллионов семей - это вам не шутка. Но, если это будет сделано, то, значит, мы сумели бомбу под государством разрядить, и можно думать - что же делать дальше... Глаза у жандарма стали совсем шальные. Но через какое-то время он взял себя в руки, - А нельзя ли обойтись другими, менее радикальными методами? Я вздохнул, - К сожалению, Михаил Игнатьевич, нельзя. Если не справиться с крестьянской нищетой и неграмотностью, то нам останется только ждать случайной искры. И чем позже случится взрыв, тем он будет сильнее... И, кроме того, это только первая мера. Как только в карманах у крестьян заведутся деньги, так они сразу начнут покупать мануфактуру и промышленные изделия. А для того, чтобы было что покупать, необходимо провести индустриализацию. А пока мы страна, которая торгует сырьем, а покупает промышленные товары за границей. Достаточно заглянуть в статистические справочники, чтобы понять, какая мы страна... Помните, как писал поэт Некрасов: Ты и убогая, Ты и обильная, Ты и могучая, Ты и бессильная, Матушка-Русь! Преобразования, которые предстоит осуществить, по масштабам ничуть не уступают Петровским. — Спасибо, Александр Васильевич, очень интересно было с вами поговорить, - ротмистр встал, - пойду подумаю над вашими словами. Ага, пойдет он думать, как же. Небось пойдет и пристанет с этим вопросом еще к кому-нибудь. К майору Османову, или к полковнику Антоновой... Да и пусть. Мы, пока от Чемульпо до Порт-Артура шли, наговорились на эту тему до чертиков, и пришли вроде к общему знаменателю. Тоже самое будут ему говорить и журналисты, и старший лейтенант Бесоев, и даже доктор Сидякина... Пусть думает, анализирует. Как говорили древние римляне - Sapienti sat - "Умный поймет"... 17 (4) февраля 1904 года. Утро. Санкт-Петербург. Здание МИД Российской империи у Певческого моста. Кабинет министра иностранных дел Петра Николаевича Дурново. Да, час от часу не легче. Только вчера мне пришлось иметь довольно жесткий разговор с британским послом Чарльзом Скоттом. А сегодня с утра моей аудиенции очень настоятельно добивался уже посол Германской империи Фридрих-Иоганн Альвенслебен. Почтенный пожилой дипломат - ему уже исполнилось шестьдесят восемь лет, соратник покойного канцлера Бисмарка, он всегда относился с симпатией к России. Интересно, что подвигло господина посла на такой поступок? Неужели, снова действия наших крейсеров у побережья Японии? |