Книга Рандеву с Варягом, страница 148 – Александр Борисович Михайловский

Первыми группы боевых пловцов подплыли к японским канонеркам. Их задача была самой простой - пришлепнуть в районе котельного отделения на киль магнитную мину, выставить таймер, и удалиться восвояси, присоединившись к штурмовым группам. Что и было проделано без каких либо накладок. Что поделать, данная задача отрабатывалась подводными диверсантами не раз и не два.

Тишина и покой, японцы расслаблены, и не ждут неприятностей. С бортов кораблей опущены трапы, а за "Ниппон-Мару" на буксире даже идет паровой катер, на случай, если вдруг какого-либо специалиста надо будет срочно доставить на кабелеукладчик. У трапа "Ниппон-мару" под керосиновым фонарем часовой. Он устал, его клонит в сон - скорее бы смена. То же самое и на кабелеукладчике, часовой у трапа скучает всеми забытый. Но это ненадолго, до начала операции остались уже считанные секунды.

Негромкий хлопок, и часовой у трапа кабелеукладчика, перегнувшийся через борт посмотреть, чего там такое плеснуло, бесформенным мешком повис на леерном ограждении. Секунда, другая, третья... На борт никем не замеченные поднимаются черные тени.

Тоже самое происходит и на "Ниппон-мару", задремавший на посту часовой погрузился в вечный сон, а на его горле расцвела еще одна улыбка. Смерть поднялась на борт корабля не по трапу, а по буксирному тросу катера. Матросы в нем тоже умерли и кровяня темную воду уже медленно опускаются на дно. Черные тени стремительно разбегаются по обоим кораблям, каждому ,кому не посчастливилось попасться им на встречу - смерть. Но сейчас ночь, и кроме тех, кто стоит вахту, людей на палубах нет, а значит, нет и лишних жертв.

Дальше события срываются с места и своей стремительностью начинают напоминать внезапно налетевший тайфун. Внезапно со страшным грохотом взрывается канонерка "Хией". Столб огня и воды взлетает до небес. Устанавливавшие мину боевые пловцы чуть ошиблись, и прикрепили ее слишком близко к носу - под артиллерийским погребом. Фейерверк получился знатный, к тому привлекший к себе всеобщее внимание. Под "Иваки" мина взорвалась там, где надо, перебив килевую балку, и разворотив котлы. Истошный вопль вырывающегося на свободу пара, хруст ломающихся конструкций, и канонерка исчезла с поверхности моря, как будто ее и не было.

Впереди прямо по курсу путеводной звездой вспыхнул прожектор приближающегося на полном ходу "Новика". Разбуженные взрывом, из трюмов "Ниппон-мару", подобно муравьям, полезли расчеты установленных на палубе орудий. Но было уже поздно. Короткие очереди АДСов валили японских артиллеристов одного за другим, не давая им приблизиться к пушкам. На кабелеукладчике все прошло еще проще - несколько выстрелов, и на корабле осталась лишь безоружная машинная команда, да пара надзирающих за работами иностранных мастеров. Все что им оставалось делать - это лечь ничком на палубу, и не возмущаться во избежание лишних неприятностей.

Когда морской спецназ проник на "Ниппон-мару", то к их превеликому удивлению выяснилось, что по левому борту лайнера швартовые концы уже были наготове, а кранцы вывалены. Скорее всего, причиной тому была роль судна снабжения, которую исполнял мобилизованный пассажирский корабль. Диверсанты, захватившие ходовую и радиорубку, и полностью уничтожившие вахту, поставили машинный телеграф на "Stop".