Книга Алый флаг Аквилонии. Железные люди, страница 33 – Александр Борисович Михайловский

Капитан первого ранга Толбузин немного помолчал, а потом со всей возможной торжественностью громким командирским голосом произнес:

— Ну что же, Сергей Васильевич, и вы, господа офицеры... я уже, честно говоря, давно принял свое командирское решение, и сейчас намереваюсь огласить его вслух. Так как возвращение в родные времена к матушке-императрице Екатерине Алексеевне для нас не представляется возможным, а дома нас уже наверняка сочли погибшими, то наша команда присоединится к государству Аквилонии и принесет Сергею Васильевичу в том необходимую присягу, ибо так хочет сам Бог.

В ответ раздались громкие крики «ура»: пока шли переговоры, за спинами офицеров как-то сами собой собрались почти все члены команды, оставшиеся на ногах после крушения. Присоединение к пока еще до конца не понятному, но при этом все одно русскому государству, казалось этим людям гораздо более предпочтительным, чем бесцельное сидение на этом пустом берегу.

— С присягой, Никифор Васильевич, будет даже лучше, - вполголоса сказал каперангу Толбузину Сергей-младший. - Для всех, кто ее принесет здесь и сейчас, права полного гражданства начинаются немедленно. Вот и все, что я могу сказать по этому поводу.

— Скажите, Сергей Васильевич, - спросил командир «Азии», - а почему ваше государство называется республикой, да еще и народной - не лучше ли было вам завести у себя нормальную монархию?

— Некоторые несознательные люди, - усмехнулся полномочный представитель аквилонского Сената, - называют Сергея Петровича Грубина князем - в том самом исходно первозданно-русском смысле, ибо именно он за счет своих средств профинансировал эту экспедицию, возглавил ее, а сейчас руководит всеми делами, не относящимися к непосредственному ведению военных действий. Но сам Сергей Петрович чурается этого титула, называя себя не господином нового народа, а его верховным учителем. Что касается республики, то в переводе с латыни это слово означает «общее дело». А слово «народная» говорит о том, что это общее дело не только боярской и купеческой верхушки, но и всего нашего населения. Нам не нужны надсмотрщики, и каждый у нас добровольно налегает на тягло изо всех сил, ведь только так можно покорить этот огромный и жестокий мир, вдобавок решив все те задачи, что ставит перед нами Господь. Иначе никак. Вы же умный человек, а потому присмотритесь к нам сначала на фрегате, а потом уже в Аквилонии, и Бог даст, все про нас поймете правильно.

— Спасибо за совет, Сергей Васильевич, я непременно ему последую, - ответил Толбузин. - А теперь скажите, что мы будем делать дальше?

— У нас говорят, что театр начинается с гардероба, а Аквилония - с медицинского осмотра, - сказал тот. -В первую очередь, мы должны быть уверены, что с вашими людьми к нам не проникнут ни платяные, ни головные звери. Вот стоит военврач третьего ранга Сергей Александрович Блохин - по армейской табели о рангах его военно-медицинское звание приравнивается к капитану, а по морской - к капитан-лейтенанту. Он и будет руководить процессом вашей эвакуации на борт.

— В таком случае, Сергей Васильевич, - сказал каперанг, - я бы попросил начать с наших раненых и покалеченных. Таких страдальцев, еще оставшихся в живых к настоящему моменту, у нас два десятка, и многие из них очень плохи. Быть может, ваш военный доктор окажется искуснее нашего корабельного врача господина Манфреда Юнге, который по большей части может только разводить руками и говорить, что известная ему медицинская наука в данном случае бессильна.