Книга Алый флаг Аквилонии Спасите наши души, страница 55 – Александр Борисович Михайловский

Кстати, интересно было наблюдать за встречей подпоручика Акимова и поручика Авдеева (как-никак они соотечественники и почти современники). Пожав друг другу руки, они коротко обнялись, и поручик Авдеев принялся расспрашивать подпоручика Акимова о том, как шли дела у них дома с две тысячи двенадцатого по две тысячи семнадцатый год. Слушая своего собеседника, он хмурился, и становилось понятно, что дела эти там шли так себе. Но, впрочем, для нас это в настоящий момент не было столь важно. Главное - то, что творится у нас здесь и сейчас.

Когда стемнело, мы собрались, чтобы решить, как жить и действовать дальше. В другой ситуации, там, у себя дома, я бы просто отдал приказ, но тут, когда подчинение в командной иерархии сугубо добровольное, а сами подразделения автономны, приходится вспоминать вычитанный в книжках опыт гражданской войны.

И вот командиры и коммунисты расселись вокруг костра, в котором с треском сгорали смолистые сосновые ветки, а остальные собрались за нашими спинами в молчаливый круг.

— Итак, товарищи, - сказал я, - первый этап нашего похода в Аквилонию завершен, но это еще далеко не счастливый конец. Впереди Дарданеллы, которые для нашей подводной лодки могут оказаться даже более сложным препятствием, чем Босфор. Наибольшее сомнение при взгляде на карту вызывает у меня сужение у Чанаккале. Но, прежде чем принимать решение, я должен увидеть это место собственными глазами. И если

мои сомнения оправдаются и станет понятно, что пройти Дарданеллы на подводной лодке невозможно, то нам придется бросить свою «Малютку», взять с собой все, что можно унести на руках, и по кратчайшему расстоянию всем вместе идти пешком к предполагаемому побережью Эгейского моря.

— Вполне разумная программа, - кивнул лейтенант Гаврилов. - Я предлагаю утвердить это решение без обсуждения, ибо обсуждать тут нечего. У кого еще есть мнения по этому вопросу?

— Я тоже думаю, что план Николая Ивановича следует принять за основу и уточнять по мере поступления новых данных, - сказал поручик Авдеев. - Пока мы будем идти в обход по берегу Мраморного моря, его команда как раз успеет совершить разведывательный поход и вернуться к месту якорной стоянки подводной лодки. Ведь, насколько я понимаю, спешить нам особо некуда, ведь фрегат за нами придет не ранее, чем через два месяца.

— Примерно так, - ответил я, - или даже позже. Выход в поход намечен на десятое мая, еще месяц уйдет на то, что бы достичь Эгейского моря, ну и какое-то время понадобится, чтобы найти наш лагерь. Очень хорошо, что во взводе товарища Гаврилова имеется переносная рация. Даже если нам придется бросить «Малютку», благодаря этой рации у нас останется возможность связаться с фрегатом, едва тот войдет в Эгейское море.

— А что, в Аквилонии на фрегате тоже имеется рация? - спросил подпоручик Акимов и добавил: - Раньше вы мне об этом не говорили.

— Это трофейная рация, - сказал я, - снятая с захваченной аквилонцами на абордаж итальянской подводной лодки, в тумане севшей на мель прямо напротив их столицы. О ней нам сообщили только вчера вечером, когда мы готовились форсированию Дардалелл. Рация уже стоит на фрегате и подключена к питанию и антенне, а со всем недавно, буквально пару часов назад, мы установили с фрегатом отдельный независимый канал связи.