Книга Второй год новой эры, страница 146 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Тогда же. Гвендаллион, вдова Брендона ап Регана, временная глава клана Рохан

Корабль был уже совсем близко и все мы с напряженным вниманием рассматривали людей, которые стояли на его возвышенной носовой части, куда не долетали брызги воды из-под форштевня. Очень странный корабль и очень странные люди, ничуть не похожие на саксов. Про корабль Виллем-воин сказал, что впервые видит такую конструкцию. Не имея гребцов, корабль все равно очень ходко бежал к берегу на одних парусах. Те же люди, что находились на борту, своими гладко выбритыми лицами отдаленно напоминали римлян, которые вдруг с туник и хламид перешли на варварские одежды со штанами. Очень неплохо пошитые, надо сказать, одежды – сидели они на своих хозяевах ладно, как вторая кожа.

Правда, с головы до ног в костюмы такого вида были одеты только трое – две молодые девы (одна из которых держала на руках младенца) и похожий на друида мужчина средних лет с круглым улыбающимся лицом. Для служителей христианского бога, вечно погруженных в мрачные думы, этот человек был слишком веселым и жизнерадостным. К тому же одежды, не имеющие изображений креста, говорили, что скорее это князь этих людей, чем служитель Всевышнего. Помимо этих троих знатных людей на носовом возвышении стояли два молодых воина – брюнет и рыжий, одинаково одетых в беленые полотняные рубахи и кожаные штаны с такими же кожаными сапогами. Брюнет, худощавый как мой сын Эмрис, был вооружен висящим на поясе длинным узким мечом. Но больше всего поражал его рыжий приятель, плечистый и мускулистый; помимо висящего на поясе короткого меча, в правой руке у него было зажато массивное толстое копье (рожон), пригодное для охоты на диких быков. Все же прочие на борту этой странной ладьи были смуглыми мускулистыми белозубыми девками, одетыми в кожаные штаны до щиколоток и кожаные же нагрудные повязки. Удивительные создания! Они смотрели на нас, скалили зубы и, наверное, лопотали что-то друг другу на своем языке.

И это зрелище было настолько не обычным и устрашающим, что отец Бонифаций двумя руками выставил вперед свой крест и забормотал латинские молитвы, прося у Господа нашего защиты и покровительства, а также чтобы навеянный дьяволом морок развеялся как утренний туман. Но морок развеиваться не пожелал – наверное, потому, что у Господа нашего нет власти над Берегом Мертвецов, а может, оттого, что этот корабль и его странная команда и вовсе не являются ничем таким потусторонним, как может показаться. В странном месте должны обитать странные люди; но люди, а не исчадия ада, в противном случае здешний ветер нес бы запахи серы и адского зловония, а не морской соли и гниющих на берегу водорослей. Правда, со стороны приближающегося корабля было слышно какое-то странное тарахтение, но в нем не чувствовалось ничего угрожающего или потустороннего.

Тем временем князь чужаков склонился к уху своей спутницы (той, что с ребенком на руках) и произнес несколько слов. Было видно, что он расстроен и встревожен действиями отца Бонифация, хотя и не испытал от христианской молитвы ни малейших неприятных ощущений. В ответ на его слова женщина кивнула, соглашаясь со своим спутником, и передала ребенка смуглой служанке, которая унесла его куда-то внутрь корабля; воины между тем как бы ненароком положили руки на рукояти своих мечей, проверив, насколько легко они выходят из ножен. Расстояние до корабля было уже таким небольшим, что я хорошо видела, что эти люди оскорблены проявленным к ним недоверием. Виллем-воин, видимо, тоже думал так же.