Книга Операция «Гроза плюс», страница 64 – Александр Борисович Михайловский

Можно было конечно вызвать начальника личной охраны Власика, вместе с его орлами. Они бы перевернули тут все вверх ногами, раздергали бы эти книжки по страницам, устраняя действительную или мнимую опасность… Но, тогда гарантированно можно будет забыть о тайне. Пусть люди Власика и не из болтливых, но все равно, он сам первым должен прочесть то, что написано в этих книгах, и уже потом решать — с кем и в каком объеме делиться этими, упавшими неизвестно откуда знаниями. Уж больно неожиданным способом эти книги попали в его кабинет.

— Товарищ Сталин, — спросил он сам себя, — вы храбрый человек? Если вы храбрый человек, то вы должны открыть эту верхнюю книгу, и прочесть то, что в ней написано. Или вызвать охрану, чтобы люди Власика взяли это руками, одетыми в резиновые перчатки, отнесли в подвал и сожгли в печке… А потом 22 июня 1941 года, уже задним числом узнать — почему этот день назван черным. Так что, товарищ Сталин, бомбы, которые обычно закладываются в книги, врываются не в руках, а в головах. И вы прекрасно это знаете, поскольку сами в свое время заложили немало подобных бомб.

Так, разговаривая сам с собой, товарищ Сталин перевернул обложку верхней книги и глянул на титульный лист. «Москва, издательство ЭКСМО, 2008 год». Невозможная книга, сама, или по чьей-то воле, невозможным образом попавшая на его рабочий стол. Каким бы невероятным это событие не выглядело, надо еще будет разобраться — каковы истинные интересы того, кто способен вот так запросто подкинуть артефакт, пусть и неформальному, но главе СССР.

Перелистнув еще одну страницу товарищ Сталин прочел:

«22 июня 1941 года. Этот день навсегда обозначен в отечественных календарях черным траурным цветом. Это — одна из самых страшных дат в нашей истории. Это — день величайшей военной катастрофы. Как такое могло случиться? Почему врагу удалось застать СССР врасплох? Почему немецкой авиации позволили в первый же день войны безнаказанно расстрелять на аэродромах сотни наших самолетов, а многочисленные дивизии РККА были смяты и разгромлены в считанные недели? Как случилось, что колоссальная военная машина Советского государства дала сбой в самый ответственный момент? Подробная, по часам и минутам, хроника трагических событий 22 июня 1941 года и анализ причин разгрома, воспоминания ветеранов и свидетельства очевидцев трагедии — в первом совместном проекте самых популярных отечественных историков Артема Драбкина и Алексея Исаева».

— Это уже бомба, — подумал Сталин, — я должен о всем этом разобраться и принять решение, единственно верное решение. В таком случае у нас нет право на ошибку, надо будет все взвесить и решить, что опаснее — болезнь, или лекарство от нее?

Аккуратно отложив верхнюю книгу в сторону, Вождь прочел название следующего тома, — «Соколов А.К., Тяжельникова В.С. Курс советской истории, 1941–1999» — быстро посмотрев оглавление и перелистав некоторые страницы, Сталин нахмурился и отложил в сторону и эту книгу. Еще ни одному величайшему политическому деятелю, находящемуся на вершине власти, вроде Александра Македонского, Темучжина, по прозвищу Чингиз-Хан, или Наполеона Бонапарта, не удавалось заглянуть в свое посмертие, и увидеть там крах всего того, за что он сражался всю свою жизнь.