Книга Время для перемен, страница 134 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Все верно, – ответил тот, – моя будущая жена девушка умная, и в то же время преданная своей стране и имеющая большое сердце. Для меня это наилучшая рекомендация.

— Спасибо… – опустив глаза, пробормотала Елена, – мне весьма лестно слышать о себе такие слова…

— Да ладно тебе, милая Хелен, – сказала императрица, – не ради лести твой жених произносил все эти речи. Сейчас важно другое. Если мы ставим новую ускоренную планку мировой войны, которую мы надеемся разбить на серию скоротечных локальных конфликтов, то нам необходимо определить, когда именно начнется то, после чего вся мировая история понесется кувырком…

— Я думаю, что оптимальный срок проведения такой операции – июль-октябрь следующего года, – сказал князь-консорт Новиков. – Там и тунгусский метеорит, там и предполагаемая младотурецкая революция, к тому же к этому моменту к большой войне не будет готова ни одна страна Европы, кроме России. Как говорил известный персонаж, настоящая война всегда начинается внезапно.

— Хорошо, Сашка, – кивнула императрица, – а теперь скажи, наша армия к войне будет готова или нет?

— К затяжной бойне в стиле прошлой Мировой Войны, когда фронт протянется от Персидского залива до Балтики, мы готовы не будем, – ответил тот. – К такому нам подготовиться просто не дадут, потому что на это, в стиле незабвенного Иосифа Виссарионовича, потребуется лет двадцать. К каскаду скоротечных операций, когда войска постоянной готовности будут последовательно сосредоточены против текущих противников – сначала Турции, потом Австро-Венгрии, а уж потом и Германии – мы с некоторыми оговорками готовы уже сегодня. Главное – не затягивать конфликты и не иметь дело со всеми тремя противниками сразу.

— Вот и замечательно, – подвела итог императрица, – на этом мы, пожалуй, сегодня закончим. Елене надо хотя бы немного отдохнуть и подготовиться, ведь на пять часов у нее назначена встреча с будущей свекровью, а это своя отдельная война. Мы с Михаилом тоже будем там рядом с ней, а посему наше сегодняшнее совещание можно считать закрытым. В следующий раз в таком же составе мы соберемся уже после свадьбы, перед отъездом молодых в путешествие. На этом все, господа; дамы удаляются прочь, и вы можете считать себя временно свободными. Дарья, бери Елену и следуй за мной.

Пять минут спустя, там же и те же люди, но в чисто мужском составе.

Когда за дамами закрылись двойные звуконепроницаемые двери, на некоторое время в кабинете Канцлера Империи воцарилась полная тишина.

— Значит, так, – после затянувшейся паузы сказал Павел Павлович Одинцов, – теперь поговорим о нашем, о мужском, без розовых соплей и лирических отступлений. Начнем с идеи товарища Новикова о ступенчатой превентивной войне, которую следует развязать в течение следующего года. Рациональное зерно в ней, конечно, есть, потому что, пожалуй, только в этом случае, когда войны будут выстроены каскадом, у нас есть шанс последовательно расколошматить сосредоточенную против нас превосходящую мощь. Но, скажите Александр Владимирович, зачем же было высказывать эту идею вслух при принцессе Елене? А вдруг девушка проговорится – и весь эффект превентивной внезапности сойдет на нет…

— Девушка не проговорится – за это я вам, Павел Павлович, ручаюсь, – ответил Великий князь Михаил. – Елена, конечно, выглядит как легкомысленная девица, но эта внешность у нее обманчива. Вспомните, она родилась в изгнании, рано потеряла мать, после чего практически до самого совершеннолетия проживала на птичьих правах то у деда, то у наших тетушек-черногорок. То, что мы приняли ее в свою компанию и одарили доверием, стоит для нее дорогого. Не так ли, Джорджи?