Книга Разворот на восток, страница 123 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Это мы с товарищем Брежневым и Исой Санаевым и постарались объяснить товарищу Киму. Ну не совсем же он тупой? Сумел же как-то не только построить свое государство, но и устоять в войне против «всего цивилизованного мира» в то время как СССР и Китай оказывали ему только опосредованную помощь «добровольцами», не включаясь в войну на полномасштабном уровне. Но ТУТ У НАС картина совсем другая. Американцы просто не рискнут соваться в нашу зону ответственности, ибо это чревато. Но и независимых, пусть даже коммунистических, государств нам тоже не надо. Корейская Народная Республика в составе СССР, по мнению товарища Сталина, будет оптимальным итогом нашей наступательной операции. Китай, кстати, совсем другое дело – слишком уж он большой и неудобный, к тому же несет внутри себя историческое наследие Поднебесной империи, регулярно переваривающей побеждающих ее варваров.

— Поймите, товарищ Ким, – сказал я, – операцию по освобождению Корейского полуострова от японских оккупантов планировали настоящие специалисты, набившие руку на препарировании Третьего Рейха. И главное. По данным разведки, за линией укрепрайонов японских войск в Корее практически нет, все резервы сосредоточены в Маньчжурии. Две территориальных дивизии стоящих гарнизонами по городам и весям при этом не в счет, ибо рядовой состав там по большей части корейский, не желающий воевать. Все будет проделано быстро, брутально и по возможности бескровно – как для наших бойцов, так и для мирного корейского населения.

— А что при этом должны делать корейские коммунисты? – спросил товарищ Ким. – Мы тоже хотим принять участие в освобождении нашей родины.

— Ваша главная задача, – сказал товарищ Брежнев, загасив в пепельнице докуренную до конца папиросу, – путем агитации и пропаганды исключить крайне нежелательные для нас инциденты, когда корейские солдаты по команде японских офицеров пойдут умирать за чужое и чуждое им государство. Никакого серьезного ущерба они нам не причинят, потому что наши парни два года учились мотать вермахт на гусеницы, а вот сами могут пострадать очень тяжело, вплоть до летального исхода.

— Советское командование хотело бы избежать во время этой операции всех и всяческих жертв, даже среди японцев, – добавил Иса Санаев, – если бы солдаты и офицеры императорской армии сложили оружие и сдались на милость победителя.

— А вы уже считаете себя победителями? – спросил Ким, сверкнув черными глазками из-за круглых щек.

— Более того, – хмыкнул я, – согласно данных разведки, победителями нас считают уже сами японцы. Единственное, что не позволяет им капитулировать еще до начала боевых действий, это самурайская гордость и страх потерять лицо. Участь японских правящих кругов в таком случае будет весьма незавидна. Разочарованная творящимся «предательством» японская нация, отвергая капитуляцию, в порыве гнева просто разорвет этих людей в клочья, и даже микадо может не усидеть на своем троне, или усидит, но превратится в марионетку закулисного диктатора. Шесть лет эти люди воевали за свою Великую Сферу Азиатского Сопроцветания, терпели лишения и несли серьезные людские потери – и вот теперь все закончится так быстро и бессмысленно? Осознание смысла происходящего к народным массам придет потом, когда мы разнесем все вдребезги на Континенте и вторгнемся на Острова, но тогда будет уже поздно. Разъяренные ненужными потерями и гибелью людей, которые подписали с нами соглашения, мы разнесем всю Японию, не оставив там и камня на камне. Поэтому, несмотря на предрешенный итог этой войны, придется все делать по порядку. Сначала – молниеносный разгром японской армии в Маньчжурии и Корее, чтобы стороннему наблюдателю могло показаться, что ее просто сдуло одним порывом ураганного ветра, и только потом – капитуляция Японской империи, против которой уже никто не будет возражать, ибо глупо бороться с явлениями непреодолимой силы.