Онлайн книга «Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед!»
|
Довольно быстро мы доехали до русской столицы, где я снял квартиру в центре. Парики и прически я больше не делал (ну, если только тем, кого я уважал, и мог рассчитывать в обычном разговоре куафера с клиентом получить интересующую мне информацию). Прощаясь со мной, генерал Дюрок дал мне солидную сумму денег, так что я мог теперь без особых трудностей оплатить жилье и все необходимые мне товары. Время от времени меня посещал генерал Михайлов, которому я передавал информацию, полученную мною из Парижа. В свою очередь, он сообщал и мне нечто конфиденциальное, то, что я сам бы вряд ли узнал даже с помощью своих агентов. А сегодня генерал, заглянув ко мне, хитро улыбнулся и сказал: — Жюль, а что вы скажете, увидев такую вот картинку? Он протянул мне маленький прямоугольный предмет, одна сторона которого представляла собой цветную картинку, сделанную таинственным прибором русских. На ней на фоне базилики Святой Екатерины в Санкт-Петербурге я разглядел… довольную рожу Дюваля. — Как, эта свинья уже в Петербурге! – воскликнул я. — Да, Жюль. Пока мы решили не трогать его и установить все его связи. А вот потом… Тут генерал сделал рукой жест, похожий на то, которым кошка ловит потерявшую осторожность мышь. — Мсье генерал, – я не сумел скрыть волнения, – помните – этот человек – мой враг, и я не успокоюсь, пока не отправлю его в ад… Русский кивнул мне, потом попрощался и отправился по своим делам… * * * 30 июня 1801 года. Поместье в пригороде Лондона. Джулиан Керриган, он же Джон О’Нил Генерал мне показался поистине сказочным героем – этакая гора ростом не менее шести с половиной футов[164], могучего телосложения и с лицом, как будто вырубленным топором. Больше всего он был похож на великана Финна Мак-Кула из ирландских сказок, которые отец рассказывал мне в детстве, – а если учесть, что бретонцы тоже кельты, то это вполне логично. В отличие от виконта, на меня он смотрел вполне приязненно. Как только Кэри ушел, тот улыбнулся и неожиданно с силой распахнул дверь. Я услышал стук, чей-то визг и звук падения тела. Выглянув в проем, я увидел лежащего на полу дворецкого – судя по всему, он подслушивал. Кадудаль усмехнулся и обратился ко мне на французском – из фразы я понял лишь, что он предлагал пройти в какое-то другое место. После чего он нацедил в две огромных кружки пива из бочонка, стоявшего в уголке, вручил одну из них мне и сказал: — Следуйте за мной. В парке находилась застекленная со всех сторон беседка со столиком и четырьмя стульями. Он закрыл дверь и уселся так, чтобы видеть главное здание усадьбы. Я примостился справа от него, дабы не загораживать ему обзор, – было понятно, что он не хотел, чтобы еще кто-нибудь подслушал наш разговор. Я пытался построить в уме пару фраз на французском, когда великан неожиданно перешел на английский, пусть и со странным акцентом: — Значит, господин О’Нил? Интересно, интересно. Не знал, что лорд Хоксбери берет на работу ирландцев. Тем более, судя по фамилии, католиков. А еще более странно, что он послал именно вас – не спорьте, я сразу догадался, что Кэри был прислан лишь для того, чтобы нас представить. — Лорд Хоксбери мне доверяет, – усмехнулся я. — Положим. Вот только… вы говорите, что вы ирландец? — Я такого не говорил, но да, я ирландец. |