Онлайн книга «По следам Александра Великого»
|
Я слышал, что государь договорился с Первым консулом о том, что в союзе с испанцами необходимо захватить Гибралтар и тем самым окончательно изгнать англичан оттуда, где им делать нечего. Пусть они сидят у себя на острове и не высовываются. Но мне, скромному офицеру флота Российского, не положено решать подобные государственные вопросы. Мое дело – доставить полученные мною сведения адмиралу Ушакову. А уж Федор Федорович решит, как и кому о них доложить. Политика не для меня – хотя жизнь порой и заставляет ею заниматься… 31 августа (12 сентября) 1801 года. Российская империя. Ладожское озеро неподалеку от Шлиссельбурга. Дмитрий Викторович Сапожников, лейтенант Российского флота и кавалер — Навались! – скомандовал я, и гребцы изо всех сил рванули весла, да так, что лопасти выгнулись под напором воды. 20-весельный баркас мчался по глади Ладожского озера, приближаясь к стоящей на якоре старой двухмачтовой шняве. Мы решили сегодня испытать новое оружие, которое могло стать своего рода «вундервафлей» в борьбе с британским военным флотом. Впрочем, новым его можно было назвать условно – катера, вооруженные шестовыми минами, неплохо повоевали на Черном море и на Дунае во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Только тогда они были паровыми, а сейчас, из-за отсутствия надежного парового двигателя, шестовую мину к цели транспортировал обычный баркас или вельбот. Наша конструкция представляла собой заряд пороха весом до полутора пудов, находившийся в медном цилиндре и прикрепленный к концу восьмиметрового шеста. Почему порох, а не что-либо более подходящее? Причина была проста – мы, конечно, работали над новыми видами взрывчатки, и я мог со всей осторожностью утверждать, что первые результаты оказались весьма многообещающими. Но до готового продукта было еще далеко, так что пришлось скрепя сердце, довольствоваться порохом. С взрывателем тоже были сложности. С помощью электричества взорвать заряд было невозможно из-за отсутствия электровзрывателей. Оставался только старый добрый способ подрыва – с помощью колесцового замка, который приводился в действие в момент удара миной о борт вражеского корабля. Капсюли вот-вот должны были изобрести, но ждать мы не могли – взрыватели, равно как и взрывчатка, нужны были прямо сейчас. Шест с цилиндром крепился к баркасу с помощью подвижной конструкции, позволявшей выдвигать мину из походного положения в боевое и управлять ей как рычагом. Подобные шестовые мины мы решили использовать для нейтрализации британской эскадры, базировавшейся в Гибралтаре. Я отдавал себе отчет в том, что команда баркаса, имевшего на вооружении шестовую мину, в момент атаки рисковала своей жизнью. Поэтому, посовещавшись с Лешей Ивановым и адмиралом Ушаковым, мы пришли к выводу, что набирать гребцов и минеров следует среди добровольцев («охотников», как тогда их называли), а производить налет на стоящие на якоре вражеские корабли следовало в условиях плохой видимости – ночью, а если днем, то под прикрытием дымовой завесы. Два баркаса должны будут установить с помощью примитивной дымовой шашки нечто вроде непроницаемой ширмы между атакуемым кораблем врага и баркасом, вооруженным шестовой миной. Выскочив из клубов дыма, баркас должен был взорвать корабль противника, и, если ему повезет, снова скрыться в дыму. Для надежности крупные корабли следовало атаковать двумя или даже тремя баркасами. |