Онлайн книга «По следам Александра Великого»
|
Я еще подумал, что есть люди и намного беднее, а ему-то что жаловаться? Но Бенсон потом взял меня за грудки и заблеял: — Мистер О‘Нил, я готов делать все, чтобы нами вновь стал править генерал-губернатор Вирджинии на службе его величества, а не… эти. Последнее слово он прямо-таки выплюнул, и я понял, что наконец-то у меня есть человек, которому будут очень рады в Лондоне. И я, пообещав передать его слова моему начальству, распрощался с ним и отправился в порт Джорджтауна – пора было возвращаться в Нью-Йорк, а оттуда в Бостон и в Лондон. И, если мне это дозволят, в Петербург… 10 (22) августа 1801 года. Российская империя. Санкт-Петербург. Охтинская судоверфь. Дмитрий Викторович Сапожников, лейтенант Российского флота и кавалер Нет ничего тайного, что не стало бы явным. Мы рассчитывали, что строительство первого нашего парохода будет не замечено посторонними лицами, но, как и следовало ожидать, слухи о новинке российского судостроения быстро выползли за пределы судоверфи. О нашем чудо-корабле стали судачить не только люди, сведущие в этом деле, но даже торговки на рынке. Вот и моя Настюшка, наслушавшись пересудов своих приятельниц, решила поведать мне о таинственном судне, которое по ночам появлялось на Неве. — Митенька, – сказала она мне, с удовольствием поглядывая на то, как я, сидя за столом, уминаю жаркое, – такие страсти у нас в городе творятся, такие страсти… Настасья перекрестилась на иконы, после чего продолжила свой рассказ. — Давеча поведала мне кузина, что горничная ее, возвращаясь из гостей, увидела, как на Неве, аккурат у Матросской слободы, плыл корабль без парусов с двумя колесами по бокам. Внутри него что-то пыхтело и ухало. А из большой трубы валил черный дым. А чухонец, который ловил рыбу на своем ялике у Смольного монастыря, чуть было не столкнулся с этим кораблем. Тот прошел мимо него. Чухонец своими ушами слышал, как его кто-то обругал по-матерному. А на корме стояла большая черная лохматая собака, которая облаяла чухонца. — Чего только не придумают твои приятельницы, – усмехнулся я, отодвинув в сторону пустую тарелку. – Этот чудо-корабль называется пароходом. Внутри него стоит машина, которая крутит колеса на его боку. С помощью этих колес сей корабль и движется. Ему не нужны ни паруса, ни ветер. А построили его на Охтинской судоверфи наши корабелы. Машину же для него изготовили по чертежам купца Ивана Кулибина. Я скромно умолчал о своем участии в строительстве первого русского парохода. По ночам (а время белых ночей в Питере уже закончилось) корабль, получивший имя «Первенец», проводили ходовые испытания на Неве. Пароход оказался удачным, поворотливым и достаточно быстроходным. Адмиралу Ушакову, который совершил несколько пробных выходов на нем, «Первенец» очень понравился. — Дмитрий Викторович, – сказал он мне, – теперь я понял – время парусников заканчивается. Скоро все военные корабли будут иметь паровой двигатель. К тому же, как вы мне рассказали, их начнут строить из железа. Если борта таких кораблей еще защитят стальными листами, то им не будут страшны и вражеские ядра. Надеюсь, что подобные корабли, которые вы называете броненосцами, первыми построят наши мастера. И пушки для них отольют на наших заводах. — Все так и будет, Федор Федорович, – ответил я. – И Англии придется отказаться от титула «Владычица морей». Впрочем, будет ли тогда вообще на карте мира Англия? |