Книга Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока, страница 508 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Вот падла, – злобно прошипела стоящая в дверях фигура в балахоне. – Ворончук, ты олух царя небесного! Тебе что, жить надоело?

— Так кто ж знал, товарищ старший лейтенант, – так же шепотом ответил провинившийся, подбирая выпавшее из руки гестаповца оружие. – Такой шустрый, гад, оказался, словно вода в унитазе…

— Заруби себе на носу, Ворончук, – наставительно сказал командир, – недооценка противника и утеря бдительности – это прямая дорога на тот свет.

— Я понял, товарищ гвардии капитан, – сказал Ворончук и показал на герра Кранца, лежавшего поперек кровати: – А с этим что будем делать?

— Упаковать, – махнул рукой командир, – потом прихватим с собой. Смотри у меня, Ворончук, головой за него отвечаешь.

В этот момент спокойное течение операции прервалось. В конце коридора тихо раскрылась дверь, и в проеме появилась освещенная зыбким светом свечи фигура молодой женщины, одетой в бежевый байковый халат. Эта особа была Мариной, единственной дочерью генерала Деникина. Увидев в коридоре незваных гостей, она от неожиданности чуть не уронила свечу. Еще мгновение, и она грохнется в обморок.

— Тс-с-с, тихо, барышня, – прошептал из темноты командир, – не бойтесь нас, никто не собирается причинить зла ни вам, ни вашим близким.

— Ой! – невольно вскрикнула девушка, когда подошедший к ней вплотную боец задул свечу, горевшую в ее руке.

— Я же вас просил не шуметь… – повторил командир, но было уже поздно. От шума в коридоре проснулся сам Антон Иванович Деникин.

— Марина, кто там? – встревоженным голосом спросил он из-за двери.

— Антон Иванович, – негромко ответил ему командир пришельцев, – вам привет от полковника генерального штаба Виктора Петровича Игнатенко. Он сказал, что вы его хорошо знаете, и попросил передать для вас письмо.

— Что? – воскликнул удивленный Деникин. Потом послышался шорох надеваемой одежды, и некоторое время спустя, запахнув ночной халат, генерал вышел в коридор.

— Кто вы такие, и что это что за маскарад? – удивленно спросил Деникин, увидев стоящего у двери его комнаты командира с размалеванным тактическим гримом лицом и одетого в мокрую «кикимору». Непроизвольно рука генерала поднялась ко лбу, словно он хотел перекреститься. Потом Деникин окончательно пришел в себя и спросил: – Скажите же вы, наконец, молодой человек, что тут происходит, и откуда вы взялись?

— Позвольте представиться, господин генерал, – сказал командир, – гвардии капитан Федорцов Иван Леонович, силы особого назначения.

— Что?! – удивление Деникина было неподдельным. – Так вы большевики, что ли?

— Так точно, господин генерал, что ни на есть самые настоящие большевики, – жутковато улыбнувшись, сказал пришелец. – Но не будем терять время и давайте перейдем к тому делу, по которому мы прибыли сюда.

— Да-да, папа, – сказала дрожащая Марина, – пусть эти люди побыстрее все закончат и уходят отсюда. Мне холодно и страшно…

Деникин огляделся по сторонам. Два таких же, как капитан Федорцов, воинов в странной лохматой одежде стояли в разных концах коридора и, как понял генерал, страховали себя от каких-либо случайностей. А из комнаты гестаповца вышел здоровенный боец, на плече которого, словно невеста, украденная женихом-абреком, покоился связанный по рукам и ногам криминальинспектор Кранц.