Онлайн книга «Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока»
|
Минуты за две до того, как начался шум на железнодорожной станции, к зданию штаба группы армий «Север» подкатила легковая машина в сопровождении полугусеничного транспортера. Если бы охрана успела понять, что происходит, и занять оборону, то возможно, разведчикам пришлось бы отступить и дожидаться подхода «больших парней с большими пушками». Но все обошлось, и они успели. Стрельба в районе концлагеря, расположенного в двух с половиной километрах от штаба, хоть и привлекала внимание, но не была чем-то из ряда вон выходящим. К тому же она быстро утихла. Поэтому начальник караула даже не разбудил отдыхающую смену… Придет время, и немцы будут пугаться тени от куста и дуть на воду. Но сейчас они пока еще считают себя юберменшами и покорителями Европы, к тому же находящимися в глубоком тылу. Поэтому и захват штаба группы армий «Север» советским осназом прошел легко и свободно. Надо, конечно, помнить, что подразделение капитана Бесоева было обучено в совсем другие времена и совсем под других противников. Новички же, вступившие в бригаду после боя под Евпаторией, по своим морально-деловым и боевым качествам ничем не уступали ветеранам и требовали лишь практической обкатки. Вспомните советского разведчика Николая Кузнецова. То-то же. Нахальство – второе счастье, а смелость берет города. Короче, генерал-полковник Георг фон Кюхлер, прикорнувший на уютном диване после резкого разговора с командующим 16-й армии, проснулся от того, что в грудь ему уткнулся ствол автомата. — Вставайте, герр генерал, вы мой пленник, – отстраняя солдата, на неплохом немецком языке сказал ему молодой офицер в пятнистом мундире, чем-то похожем на мундир ваффен СС. – Сейчас сюда подъедет мой командир, генерал Бережной, и я думаю, что вам будет, о чем с ним поговорить. Должен вам также сообщить, что механизированная бригада особого назначения, в которой я имею честь служить, только что освободила Псков. Вверенные вам силы дезорганизованы и подавлены, и еще до рассвета будут пленены или уничтожены. Честь имею! Немецкий генерал-полковник, кавалер Железного креста 1-й и 2-й степени, кавалер Рыцарского креста с дубовыми листьями, награжденный медалью в память об оккупации нацистами Мемеля 22 марта 1939 года, награжденный британским орденом Рыцаря Справедливости ордена Святого Иоанна, стоял посреди собственного кабинета в расстегнутом мундире и с болтающимися у колен подтяжками, обезоруженный и до конца еще не пришедший в себя. Он понимал только то, что если большевики вдруг начали воевать так, то для Германии уже все кончено. Безумный ефрейтор завел немецкий народ в ловушку, из которой нет выхода. А за окнами занимался тусклый серый рассвет. И гремел над огромной страной голос Левитана: «От Советского Информбюро…» Скоро эту новость узнают и в Берлине, Риме, Стокгольме, Лондоне, Вашингтоне и Токио. И тогда на немецкую армию и на него лично ляжет несмываемый позор такогопоражения. Он бы застрелился, если б мог, только оружие у него отобрали, а вешаться или вскрывать вены – это не по-солдатски. Теперь ему до конца придется испить эту горькую чашу позора. 1 марта 1942 года, вечер. Старая Русса Генерал Горбатов вместе с сопровождающими его штабными шел по Старой Руссе. Темнело. В южной части города еще громыхал бой, ухали орудия и заливались длинными очередями пулеметы. Но здесь, в районе железнодорожного вокзала, все уже стихло. Среди воронок и разбитых станционных строений бойцы штурмовых групп уже разожгли небольшие костры из валяющихся повсюду обломков вагонов и ящиков, и по очереди грелись возле них. |