Онлайн книга «Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока»
|
Ничего личного, господа португальцы, это война, причем мировая. Если вы хоть чем-то помогаете Гитлеру, тогда мы идем к вам. Как говаривала императрица Елизавета Петровна: «То, что содеяно тайно, карать тоже надобно тайно». Правда, матушка-императрица секла розгами своих гуляющих на стороне фрейлин, а мы собираемся высечь целую страну Португалию, вступившую в богопротивный адюльтер с Адольфом Гитлером. Капитан 1-го ранга Верещагин наблюдал за горизонтом в перископ. Первый раз рвануло через двенадцать минут, заревом осветило полнеба. Почти тут же второй взрыв, такой же мощный. Ну, а потом вспышки пошли значительно слабее, но очень частые, небо на востоке осветилось так, будто вот-вот должно было взойти солнце. Но «Северодвинску» все это уже не было интересно. Он удалялся в Атлантический океан. Ведь где-то в семистах милях к западу должна была быть еще одна пара американских танкеров. «Подводный гром» в Атлантике прогремит еще не раз. 30 января 1942 года, утро. Станция Кубинка-1 Командир ОТМБ осназа РГК генерал-майор Бережной Сцепка из двух мощных паровозов, отбрасывая в небо клубы густого угольного дыма, с натугой втягивает на станцию сверхдлинный по здешним временам состав – шестьдесят пять вагонов. Танковый батальон первым отбыл из Краматорска и первым же прибывает в Кубинку. Танки на платформах, с повернутыми назад башнями, затянуты в беленые брезентовые чехлы. Для искажения формы, под чехлами тюки из соломы. В начале, середине и конце состава – расчехленные и приведенные в боевое положение «Панцири». Я уже знаю, что в Воронеже состав попал под бомбежку, но этот налет дорого обошелся асам Геринга. Обожженные, покрытые волдырями вздувшейся от жара краски пусковые трубы зенитных ракет говорят о том, что дело было горячим. Пыхая паром, паровозы подтянули состав к разгрузочной рампе, последнее усилие, и все – эшелон на месте. Вместе со мной батальон майора Деревянко встречает целая комиссия, во главе с начальником 22-го Полигона автобронетанкового управления РККА генерал-майором танковых войск Иваном Константиновичем Романовым. Кроме начальника главного танкового полигона страны присутствует целое созвездие конструкторов, составляющих элиту советской военно-технической мысли. Рядом со мной стоят самые знаменитые в своих областях танкостроители. Конструктор танка Т-34 Александр Александрович Морозов. Конструктор легких танков Т-60 и Т-70 Николай Александрович Астров. Конструктор множества пушек разных типов, в том числе и танковых, Василий Гаврилович Грабин. Отцы танкового дизеля В-2 Тимофей Петрович Чупахин и Иван Яковлевич Трашутин. Отдаленные потомки их изделия, между прочим, установлены и на наших Т-72. Здесь же Николай Федорович Шашмурин, человек, который вылечил наши тяжелые танки от их главной болезни – ненадежной коробки передач. Вчера вечером, перед выездом нашей команды на полигон, Сталин собрал всех нас в Кремле, чтобы, как он выразился, «придать общее и конструктивное направление нашей работе». На встрече присутствовал и Берия, который, между прочим, по линии ЦК курировал всю военную промышленность. Должен сказать, что Сталин, прежде чем дать кому-то поручение, сам старался досконально разобраться в вопросе. Благодаря доставленной нами литературе из будущего, разбираться в некоторых вопросах он иногда стал значительно лучше, чем признанные корифеи. |