Книга Прорыв на Донбасс, страница 166 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

Пока особая эскадра шла в Северные моря, три немецких лодки типа VIIC в Атлантике, и одна в Норвежском море, не сумели во время с ней разминуться, и нашли свой конец в морских глубинах. Чуткие уши гидроакустических комплексов, изготовленных в конце ХХ, начале ХХI века, обнаруживают противника еще на дальних рубежах. А потом в ход идет, или артиллерия, если лодка находится в надводном положении, или реактивные бомбометы. Один раз лодка заняла позицию прямо по курсу эскадры. Немецкий подводный ас думал, что надежно затаился. Но вылетевший в район ее предполагаемой позиции противолодочный вертолет, очень быстро поставил точку в его карьере. Фантасмагорическая картина — зависнувший в воздухе вертолет по одной аккуратно укладывает в волны противолодочные бомбы. Причем, точно на подлодку, находящуюся на перископной глубине, и поэтому отчетливо видимую с высоты, словно шевелящий плавниками сом. Взрывы, среди них один, особенно сильный, и вот уже на поверхности воды расплывается жирное масляное пятно, а акустики докладывают, что лодка получила повреждение прочного корпуса и теперь идет на дно. Впрочем, и атака реактивными бомбометами, и пуск противолодочной торпеды тоже зрелище весьма впечатляющее. Но куда больше, наверное, впечатлились попавшие под раздачу немцы. Но это уже их проблемы, сами выбрали себе Гитлера в рейхсканцлеры, сами пусть и расхлебывают.

Сейчас, когда до Мурманска осталось около шестисот морских миль, соединение должно было приступить к одной из главных своих задач — морской блокаде Альпийского корпуса генерала Дитля, ведущего сейчас бои на подступах к Мурманску. Сухопутная дорога, соединяющая Финляндию и Петсамо труднопроходима летом, и почти непроходима зимой. Генералу Дитлю немцы вынуждены везти морем каждого солдата, каждый патрон, каждую пару сапог и каждую шинель. Немецкие морские конвои регулярно ходят по маршруту Гамбург — Трондхейм — Нарвик — Киркинес. Туда корабли везут все, что необходимо для войны, а обратно норвежский никелевый концентрат из Киркинеса и шведскую железную руду из Нарвика. Большие потери немецкой армии в танках на юге и под Москвой, резко обострили так называемый "железный голод" для германской промышленности. Подбитые танки — это не такая большая беда, на заводах Рура металл переплавят и изготовят из него новую, еще более совершенную технику для вермахта.

Но случилось так, что почти полторы тысячи обгорелых железных коробок остались на территории, освобожденной советскими войсками. И теперь этот металл, пройдя через мартены Магнитки, будет воевать против своих бывших хозяев.

Адмирал Кузнецов знал, что теперь только советский Северный флот, усиленный эскадрой особого назначения, сможет накинуть удавку на шею группировки Дитля, и обеспечить спокойное прохождение конвоев от Исландии к Мурманску. Еще немного времени, и то же самое поймет Гитлер, приступив к переброске всех наличных крупных кораблей кригсмарине в Арктику. Не стоит забывать и про отстаивающихся в Тулоне французов. Правда, о них Редер с Гитлером могли бы подумать, если бы спаслись команды "Шарнгорста", "Гнейзенау", и год назад, "Бисмарка". А так как корабли обычно тонут вместе с обученными командами, а желание французов воевать за Третий Рейх чуть меньше чем никакое, то отстаивающиеся в Тулоне корабли не более чем мертвый металл. Германия никогда не обладала, как крупным морским флотом, так и значительным кадровым резервом. Поэтому французов можно пока не опасаться. Как и итальянцев, которые воспользовавшись гибелью двух британских линкоров, развернули в Средиземноморье лихорадочную деятельность. Роммель пока еще не взял Тобрук, и не двинулся к Эль-Аламейну, и черт его знает, как оно пойдет у англичан на этот раз, после смерти Черчилля.