Книга Октябрь, страница 478 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Кхе, кхе, – прокашлялся Фрунзе, – Вячеслав Николаевич, о чем вы задумались? Будьте добры, доложите нам сложившуюся на сегодняшний день обстановку в Одессе. Ну, и ваше видение будущего с точки зрения той истории нам тоже не мешало бы знать.

— Хорошо, Михаил Васильевич, – сказал я. – Начнем с того, что никакой власти как таковой в Одессе сейчас нет. Обстановка даже хуже той, что была в Петрограде перед отставкой господина Керенского…

Я раскрыл блокнот для записей.

— Итак, наименьшей из стоящих перед нами проблем является первое, еще майское, издание так называемого Румчерода. Или Центрального исполнительного комитета Советов Румынского фронта, Черноморского флота и Одессы, составленного в основном из эсеров и меньшевиков. Это своего рода Временное правительство в миниатюре, претендующее на власть над Херсонской, Бессарабской, Таврической, части Подольской и Волынской губерний. По вполне понятным обстоятельствам, мы не можем рассчитывать на его лояльность, ибо эти господа до сих пор не признают советское правительство во главе с товарищем Сталиным, заявляя о поддержке уже давно не существующего правительства господина Керенского.

По счастью, сия организация не пользуется в массах никакой популярностью и не имеет реальной власти. По этой причине с ними у нас никаких проблем быть не должно. В нашей истории для роспуска этой богадельни и избрания нового состава хватило всего лишь письменного распоряжения товарища Крыленко.

Фрунзе кивнул:

— Товарищ Бережной, вы совершенно правы. Я тоже считаю, что этот Румчерод надо распустить. Все необходимые полномочия как главнокомандующего и народного комиссара обороны у меня имеются. Только новый состав этого самого Румчерода мы избирать не будем. Хватит потакать безответственным болтунам и честолюбивым прохвостам. Вот кончится смута, тогда и подумаем о демократии вообще и советской в частности. А пока страну спасать надо.

Михаил Васильевич внимательно посмотрел на генералов Деникина, Маркова и Михаила Романова и, не увидев с их стороны возражений, еще раз кивнул.

— С этим все, Вячеслав Николаевич, продолжайте.

Я перевернул страницу своего блокнота.

— За номером два в списке одесских властей у нас числятся так называемые гайдамаки. По сути это прошедшие украинизацию воинские части, подчиняющиеся уже разогнанной нами Центральной Раде. Командует Одесским куренем бывший подполковник русской армии Виктор Поплавко. Надежды на их добровольный нейтралитет и последующее разоружение невелики. В отличие от Румчерода, у гайдамаков наличествует какая-никакая вооруженная сила и небольшая, но поддержка определенной части сельского населения – их привлекает показной национализм. Ведь это так приятно – считать себя особым народом, не похожим на всех прочих – «москалей и жидив», чувствовать себя людьми первого сорта, не прилагая к этому абсолютно никаких усилий. Весь этот фольклор и архаика в виде жупанов, оселедцов, башлыков и остроносых красных сапожек как раз и рассчитана на малообразованных, но гонористых ху- торян.

Что же касается прогноза на будущее, то чуть позже все это должно будет вылиться в массовый бандитизм и кровавую войну всех против всех. Лично мое отношение к этим господам вполне определенное. И если Поплавко и его ряженый сброд попробует оказать нам вооруженное сопротивление, то до расстрела в тридцать восьмом году этот господин точно не доживет.