Онлайн книга «Октябрь»
|
Учитывать культурные, религиозные и социальные особенности более чем ста населяющих ее народов, конечно, надо. Но во главу угла мы должны ставить равенство прав всех советских граждан, невзирая на национальность, пол, социальное происхождение и вероисповедание. Все должны быть равны, как в своих правах, так и в своих обязанностях. Все остальное – от лукавого! 11 ноября (29 октября) 1917 года. Полдень. Петроград, набережная Невы напротив Смольного монастыря, учебный корабль Балтфлота «Смольный». Одна из учебных аудиторий корабля Присутствуют: наркомвоенмор Михаил Васильевич Фрунзе, начальник ГРУ ГШ генерал-лейтенант Николай Михайлович Потапов, командующий Балтфлотом вице-адмирал Михаил Коронатович Бахирев, командующий особой эскадрой – контр-адмирал Виктор Сергеевич Ларионов — Товарищи, – начал Фрунзе, машинально поглаживая свою бородку а-ля Николай II, – мы собрались для того, чтобы решить вопрос чрезвычайной важности. Да, Николай Михайлович и Михаил Коронатович, я не ошибся – вас я тоже считаю своими товарищами, на которых полностью могу положиться. В конце концов, мы делаем одно дело и служим одной Родине – России. — Гм, – смущенно сказал вице-адмирал Бахирев, – я на днях имел приватную беседу с бывшим государем Николаем Александровичем. Он считает, что ваш Сталин весьма ловко сумел вывернуться из весьма скверной для России истории. Худшего правителя, чем господин Керенский, у России не было со времен Гришки Отрепьева. Николай Александрович просил воспринимать господ Сталина и присутствующего здесь контр-адмирала Ларионова не как узурпаторов, а как посадского человека Минина и князя Пожарского, которые по зову Господа нашего и всей нашей земли призваны были покончить со Смутой и восстановить на Руси порядок. Бывший государь также просил вам всемерно в этом содействовать. Так что пусть мы будем в этом святом деле товарищами. Не так ли, Николай Михайлович? – адмирал Бахирев посмотрел на генерала Потапова. — Все так, Михаил Коронатович, – подтвердил главный русский разведчик. – Все так. Все мы, господин вице-адмирал, люди, делающие одно дело. Ну, а слово «товарищи»… Помните, что говорил старый казак Тарас Бульба об этом: «Вот в какое время подали мы, товарищи, руку на братство! Вот на чем стоит наше товарищество! Нет уз святее товарищества!» А теперь, скажу честно, именно по моей просьбе Михаил Васильевич собрал здесь всех присутствующих. Так что давайте перейдем к главному. После заключения почетного мира с Германией трудности для России далеко еще не кончились. Примирившись с одними врагами, мы приобрели новых, по сравнению с которыми господа Гинденбург и Людендорф – это милейшие и честнейшие люди. Вы все уже знаете, что одной из целей, которую ставили перед собой Лондон и Париж в ходе этой войны, было, как это ни прискорбно, прекращение существования самого государства Российского независимо от существующей в нем формы правления. Мы уже знаем, что господин Керенский почти добился того, чтобы после окончания войны Россия была разделена между союзниками на оккупационные зоны. Север – англичанам, юг – французам, Дальний Восток – американцам и японцам. Даже румынам, грекам и итальянцам должно было достаться по кусочку от русского пирога. В связи с тем, что Мировая война еще не закончилась и все силы Антанты сейчас прикованы к фронту во Франции, осуществить свои планы союзники пока не в состоянии. Единственной державой, не связанной непосредственно боевыми действиями, является Япония. Но самураи хорошо помнят прошлую войну, в которой они, несмотря на свою победу, понесли от русской армии огромные потери. |