Онлайн книга «Октябрь»
|
Вы помните, что немцы уже закидывали удочку на эту тему – через фрейлину императрицы Марию Васильчикову в декабре 1915 года и через члена Государственной думы Александра Протопопова в Стокгольме в 1916 году. За мир с Россией выступают такие влиятельные персоны в Германии, как гросс-адмирал фон Тирпиц, дипломаты Ульрих Брокдорф-Рантцау и Хельмут Люциус фон Штедтен. Стать посредником в переговорах между Россией и Германией вызвался племянник вдовствующей императрицы Марии Федоровны датский король Кристиан Десятый. — И какие условия мира предлагали германцы? – заинтересованно спросил у меня Сталин. — Речь шла о территории Польши и части Прибалтики, – ответил я. – Взамен немцы предлагали России приращение ее территорий за счет… своей союзницы, Австро-Венгрии… Сталин рассмеялся. — Конечно, чужое отдавать не жалко… – Потом он снова стал серьезным: – В общем, условия мира не такие уж тяжелые. Об этом стоит подумать. К тому же в ходе переговоров возможен торг – не так ли, товарищ Тамбовцев? — Все зависит от обстановки на момент переговоров, – ответил я. – Если дела на фронте у немцев будут идти не очень хорошо, то можно добиться и более существенных уступок. Сталин опять замолчал, о чем-то задумавшись. Потом он потер руками воспаленные от бессонницы глаза: — Товарищи, как вы насчет того, чтобы сообразить чаю? — Мы не против, – ответил я за себя и Бесоева. – Честно говоря, эта ночь выдалась для нас очень бурной, и мы тоже ни минуты не спали. Сталин взял чайник и пошел куда-то в глубь типографии. Мы с Бесоевым переглянулись. Похоже, что Коба отправился не только за кипятком. Я знал, что практически весь центр Петрограда был телефонизирован. Интересно, кому сейчас звонит Иосиф Виссарионович? Понятно, что не Ленину в Выборг. Интересно все же, кому? Сталин вернулся минут через десять и уже не выглядел таким озабоченным. Поставив на стол большой медный чайник, он открыл тумбочку в поисках заварки. В жестяной банке было пусто. Для верности Виссарионович поковырялся в ней пальцем, а потом развел руками: — Прошу прощения, товарищи, чаю не осталось. Весь кончился. Можно, конечно, выпить просто кипятка. У меня есть немного сахарина. Я приоткрыл свой сундучок и достал оттуда походный набор – пластиковую коробку, в которой лежали с десяток чайных пакетиков и столько же кусочков сахара. Выложив все это на стол, я повернулся к Сталину и увидел его изумленные глаза. — Это заварка, – сказал я, демонстрируя пакетик с желтеньким ярлычком, – надо положить его в стакан и залить кипятком. Хвостик с бумажкой оставляем снаружи. А это натуральный сахар – кладите его себе по вкусу. Для меня вполне достаточно двух кусочков. Сталин с удивлением покрутил в руках пакетик, потом, глядя на нас, заварил чай и добавил в стакан сахар. — Как все удивительно и просто, – пробормотал он себе под нос, – никогда в жизни не видел ничего подобного. Пока мы не спеша пили по первому стакану чая. Сталин с интересом нас разглядывал. Потом, видимо, сделав какие-то свои выводы, сказал: — Товарищи, я уже почти час общаюсь с вами, но так и не смог понять, кто вы и откуда. Не могли бы вы раскрыть мне свое инкогнито? — Иосиф Виссарионович, мы ведь уже представились вам, – ответил я, – поверьте, мы назвали свои настоящие имена и род занятий. А вот ту информацию, которая вас так интересует, мы раскроем вам в самое ближайшее время. Сейчас наш рассказ может показаться вам невероятным. Потерпите немного. Иногда не надо спешить – вы ведь помните кавказскую пословицу: «Быстрая река до моря не добежит». |