Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
Я поднял голову и посмотрел в глаза капитану Тамбовцеву. — Скажу вам честно: на священную особу государя я никогда не злоумышлял. Все остальные дела, инкриминируемые мне, есть обычные просчеты, неизбежные в любом деле, а отнюдь не злой умысел. И я готов искупить свою вину, если таковая и есть, длительной и преданной службой нашему новому государю. Скажите, что я должен буду делать? — Очень хорошо, – кивнул Тамбовцев, – скажу вам сразу, работать будете, как и прежде, по линии рабочих организаций. Правда, выходить с территории Новой Голландии вам не рекомендуется. Если Вячеслав Константинович увидит вас где-нибудь вне этих стен, то вы сами понимаете, чем может закончиться для вас подобная встреча… Я понимающе кивнул головой, а капитан, усмехнувшись, продолжил: — На днях я сведу вас с одним интересным человеком, недоучившимся семинаристом. Ну, а пока вам отведут отдельную комнату, а вы посидите тут и подумайте, как можно без особого шума и скандала отстранить Гапона от руководства «Собрания русских фабрично-заводских рабочих». Убийство в подворотне не предлагать. Его авторитет, заработанный безграничной демагогией, должен будет плавно перейти к новому руководителю… Я внимательно посмотрел на господина Тамбовцева и спросил: — Скажите, Александр Васильевич, а какова цель всего этого предприятия? — Заинтересовались моим предложением? – усмехнулся он. – Тогда слушайте. В одной стране существуют правительство, промышленники и народ. Вы хотели, чтобы всем было хорошо, но такого не бывает. Каждый тянет одеяло на себя. Промышленники безжалостно грабят народ, тот голодает, а правительство, не получая налогов ни с богатых промышленников, ни с нищего народа, вынуждено брать займы за границей. Причем чем больше голодает народ, тем сложнее с ним управляться правительству. Если хорошо правительству, то иностранные займы берут уже промышленники, а народ снова голодает. Кончается это обычно тем, что приходит тот, кому должны промышленники, и забирает все себе, ибо за такое правительство народ воевать не будет. Еще вариант – когда хорошо народу. А народ у нас щедрый, он и с правительством поделится, и с промышленниками, и тогда хорошо будет всем. И воевать за свое правительство он тогда будет так, что любой завоеватель сто раз подумает, прежде чем решится на войну с нами. Потому что государственная система будет находиться в состоянии равновесия. — Да вы самый настоящий социалист! – задохнулся я от удивления. — Угу… Еще какой! – хохотнул капитан Тамбовцев. – На сегодня все, Сергей Васильевич, идите и хорошенько подумайте над тем, о чем мы с вами говорили… 16 (3) марта 1904 года. Заголовки мировых газет Французская «Пти Паризьен»: Убийство в центре Петербурга. Императора Николая II взорвали так же, как его деда 23 года назад! Американская «Вашингтон пост»: Кровь на улицах и смута во дворцах. Царь убит, народ в смятении, а недовольные штурмуют дворец его матери. Английская «Дейли телеграф»: Быть царем в России – опасная профессия. Британия считает, что император стал жертвой недовольных его политикой. Итальянская «Стампа»: Гибель императора. Кто направлял руку террористов? Скоро все тайное станет явным. Германская «Норддойче Альгемайне»: Чудовищное преступление в Петербурге. Русский император был убит на глазах у нашего любимого кайзера! |