Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
— А почему бы, товарищи, вам не учредить республику? – спросил Коба. – Если уж с императорами всё так плохо. Наш смех после этих слов был горьким, как хинин. Старший лейтенант Бесоев, просмеявшись, сказал немного обидевшемуся Кобе: — Вы уж нас извините, товарищ Коба, смеемся мы не над вами. Просто мы, в отличие от вас, знаем о нескольких попытках учредить в России республику. Каждый раз к власти приходили такие проходимцы и жулики, рядом с которыми окружение нынешнего императора выглядит чуть ли не ангелами. Республика – это путь вниз, к неуправляемому хаосу и анархии. Напротив, на вершину успеха нашу с вами общую страну поднимали лидеры авторитарного толка, которые совершенно четко знали, чего они хотят добиться. Комитет – это форма жизни с множеством ног и совсем без мозга. Всегда и во всем нужен человек, который берет на себя ответственность за работу и ее результаты. Так что будем делать то, что должно, и да свершится то, что суждено. — Хорошо, товарищи, – кивнул Коба, – ваше дело мне кажется безнадежным, но вы не сдаетесь, и мне это нравится. Только скажите, чем именно может вам помочь бедный, малообразованный грузинский социал – демократ? — Товарищ Коба, – сказал я, закрывая дискуссию, ибо в кармане у меня запищал прибор, сигнализирующий о приближении к гостиной посторонних, – о бедности говорить не будем, а малообразованность – порок устранимый, особенно при ваших талантах. Товарищ Андреева, – обратился я к Ирочке, положившей подбородок на кулачки, – назначаю вас персональным наставником товарища Кобы. А теперь тихо, к нам идут. Тревога оказалась напрасной. Это был слуга, который передал мне записку, присланную генералом Ширинкиным, где сообщалось, что послезавтра после полудня на нашу новую базу в Новой Голландии прибудут императоры Николай II и Вильгельм II. Речь на встрече пойдет о новом мироустройстве, которое возникнет с заключением русско-германского союза, и о взаимовыгодном трехстороннем техническом сотрудничестве. Чувствую, что в ближайшие двое суток нам будет не скучно… 14 (1) марта 1904 года, 12:05. Санкт-Петербург, Зимний дворец ЕИВ Николай Второй и императрица Александра Федоровна С самого утра император Всероссийский находился в приподнятом настроении. Он не прогадал, когда послушал пришельцев из будущего. Союз с императором Вильгельмом, названный Континентальным Альянсом, получился нацеленным против Великобритании, являвшейся общим врагом и России и Германии, а оттого был действительно прочным. Французская республика, ради своих колониальных иллюзий изменившая дружбе с Россией, перед лицом единства двух монархий снова завиляла хвостом, как побитая собака, и всеми своими телодвижениями выражала желание на любых условиях присоединиться к русско-германскому альянсу. Австрия же, наоборот, откалывалась от Германии и вместе с Турцией дрейфовала в сторону Англии. Старого маразматика Франца-Иосифа настолько возмутил неожиданный вояж Вильгельма в Россию, что он отправил ему крайне резкую телеграмму. Всё бы ничего, в узком кругу королей и императоров бывало и не такое. Но каким-то образом текст сей пропитанной желчью и ядом эпистолии попал в немецкие газеты, и вся Германия встала на дыбы. Николай был доволен. Не менее хорошие вести приходили с Дальнего Востока. Мир с Японией был уже предрешен. После молниеносного и сокрушительного разгрома, когда надежда на британскую помощь оказалась пустой, самураям стало просто некуда деваться. Конечно, сначала император Николай II хотел отомстить японцам сразу и за всё. Загнать Японию обратно в средневековье, или даже в пещеры. Отомстить и за удар саблей по голове тринадцатилетней давности, и за нынешнее вероломное нападение на российские корабли в Чемульпо и Порт-Артуре. Но, слава богу, его отговорили от этих намерений, разъяснив, что вчерашний враг теперь станет союзником, а признание православной церкви равной синтоизму открывает дорогу к крещению целой страны. И всё это будет связано с его, императора Николая II, именем. |