Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
— Ваше императорское высочество, – начал я успокаивать Ксению, – в самое ближайшее время ваш брат окажется в руках самых лучших врачей, каких только можно найти в этом мире. И поверьте, скоро он будет совсем как новенький, не останется и следа от всех его травм. И к тому же рядом с ним всё время будет ваш супруг. Как говорится, до свадьбы заживет. — Ах, Александр Васильевич, – всплеснула руками Ксения, став на мгновение похожей на большую летящую чайку, – я так волнуюсь, так волнуюсь! Скажите, могу ли я чем-нибудь помочь? — Разумеется, – сказал я, – о всем случившемся необходимо срочно поставить в известность вашего брата и вашу матушку. Государем-императором займемся мы с генералом Ширинкиным, а оповестить ее императорское величество Марию Федоровну я попрошу вас и Нину Викторовну. Надеюсь, она сможет найти правильные слова, чтобы утишить материнскую тревогу за младшего сына. Я, например, не уверен, что сумею это сделать. 5 марта (19 февраля) 1904 года, 02:25. Санкт-Петербург, дворец великого князя Александра Михайловича, набережная реки Мойки, 106 Александр Васильевич Тамбовцев Прибывший Ширинкин, стряхивая снег со своей генеральской шинели, недовольно проворчал: — Ну-с, Александр Васильевич, что у вас такого срочного и важного стряслось, что понадобилось посреди ночи вытаскивать из постели старика? Вместо ответа я подал генералу копии двух поступивших за это время радиограмм. Кроме первой, в которой рассказывалось о самом сражении, четверть часа назад мы получили и вторую. В ней сообщалось, что великий князь Михаил Александрович благополучно прибыл на плавучий госпиталь «Енисей». После рентгена и УЗИ врачи установили, что серьезных повреждений, угрожающих его жизни, не обнаружено. Получив это известие, великая княгиня Ксения и Нина Викторовна выехали в Аничков дворец. Пока генерал читал радиограммы, я со стороны наблюдал за изменением выражения его лица. Недовольство сменилось удивлением, потом яростью и гневом… — Вот ведь мерзавцы! – воскликнул он, возвращая мне радиограммы. – Да как они посмели поднять руку на наследника русского престола! Подобное просто немыслимо! Вы, Александр Васильевич, были совершенно правы, когда опасались преждевременного разглашения всей этой истории. Да, кстати, чем я лично могу быть вам полезен во всей этой истории? — Евгений Никифорович, – сказал я, – полезным вы можете быть не нам, а государю и России. Когда его императорское величество узнает о случившемся – а он непременно об этом узнает в самое ближайшее время, – то гневу его не будет предела. Это ведь не какие-то там бомбисты, связь которых с иностранными правительствами еще нужно доказать. Это военный корабль британского флота, который с заранее обдуманным намерением напал на русский военный корабль, не остановившись даже перед тем, что на борту того находится брат императора России. Какие, по-вашему, выводы может сделать государь, получив все подробности этой гнусной провокации? — Э-хе-хе, – прокряхтел генерал, опускаясь в кресло, – да раньше хватило бы и меньшего повода для объявления войны. Да и теперь было бы не вредно привести британцев в чувство. — Ну, Евгений Никифорович, до объявления войны пока дело не дошло. А вот дипломатические отношения, возможно, будут на время прекращены. Надо переговорить с господином фон Плеве, чтобы его ведомство установило контроль за контактами некоторых подданных империи с британскими дипломатами. Как говорили в нашем времени – взять их под колпак. И не только посольство, есть журналисты и представители крупных торговых фирм. Это тоже отличные «крыши» для британской разведки – везде ездят, всё видят. Кстати, ввиду возможной депортации или интернирования британских подданных, неплохо бы составить их списки. Особо стоило бы узнать – кто из высшего света получает субсидии от англичан. И решительно пресечь влияние этих лиц на политику государства. |