Онлайн книга «Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила»
|
Великий принц наговорил много, но, к счастью, у меня с собой был русский прибор диктофон, на который можно было записать несколько часов речи, а потом не спеша переносить ее на бумагу. Очень удобно для журналистов… и шпионов. Адмирал Ларионов, который подарил мне этот прибор, сказал, что принцип действия диктофона похож на тот, что и у фонографа, только запись электрическая, а не механическая. Всё остальное – секрет фирмы, которая всё равно скоро начнет массовый выпуск этих аппаратов. Ну, ничего, вот тогда в лабораториях фирмы Белл и разберутся, что тут на что записывается. Этот же прибор я обещал вернуть после завершения путешествия на «Сметливом». Но пора переходить к теме личной жизни. — Сэр Майкл, вы женаты? – спросил я. — Пока нет, – ответил он, – и, сказать честно, до начала этого года я довольно легкомысленно относился к этому вопросу. Теперь же я всё чаще задумываюсь над необходимостью начать семейную жизнь. Браки персон моего уровня происхождения – это чистейшая политика на высшем уровне. Пока еще ничего не предрешено, но думаю, что моя будущая супруга будет претендовать на звание сенсации века. Потом я переключился на принцессу Ольгу. — Принцесса, а вы замужем? — Да, замужем. Тут я заметил, что по ее лицу пробежала тень. Похоже, что эта тема была ей явно неприятна. Тогда я задал свой следующий вопрос: — А что вы думаете о войне между Японией и Россией? Великая принцесса нахмурилась. — Мистер Лондон, пока русские и японские солдаты убивают друг друга, а их матери седеют от горя, банкиры лондонского Сити подсчитывают свои прибыли. Так ведь и было задумано. Мы никогда не должны забывать о том, что у убитых нами японцев тоже есть матери, жены и дети. И что этих японцев, которым мы не сделали ничего плохого, послали против нас преступным приказом. Вся наша месть должна обратиться на тех, кто отдавал эти приказы, а еще больше на тех, кто оплатил эту войну и убийства. Мы, русские, всегда взыскиваем по своим долгам. Принц Михаил добавил: — Мистер Лондон, я полностью согласен с тем, что сказала моя сестра. С позволения принца и принцессы, я сделал несколько фотографий, после чего тепло их поблагодарил, добавив, что был бы признателен, если бы мы могли вернуться к нашему разговору в будущем. Кажется, что теперь я должен поговорить с солдатами этого удивительного подразделения. Только вот кого бы попросить быть переводчиком? 3 марта (17 февраля) 1904 года, 13:00. Санкт-Петербург, Аничков дворец Александр Васильевич Тамбовцев За завтраком наша хозяйка сообщила, что ее мать пригласила меня и Нину Викторовну сегодня к обеду в Аничков дворец. Видимо, внимательно взвесив и обдумав после нашей позавчерашней встречи всё сказанное, Мария Федоровна решила переговорить с нами серьезно о том, что ждет Российскую империю в самом ближайшем будущем. Вдовствующая императрица была женщиной умной и с большим влиянием в высшем обществе. Порой она могла поставить на место даже великих князей, перед которыми пасовал ее коронованный сын. Еще бы – для Николая великие князья были дядями и кузенами, а за Марией Федоровной маячила тень ее покойного супруга, которого все Романовы при жизни побаивались. Да и в общении с вдовствующей императрицей было гораздо проще – она жила так называемым «малым двором», который привлекал гораздо меньшее любопытство, чем царский. Ведь каждый посетитель Зимнего дворца заносился в камер-фурьерский журнал, который не был секретным документом. И любой генерал-адъютант мог сунуть свой нос в этот журнал и узнать – кого изволил пригласить к себе государь. |