Книга Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила, страница 158 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Да, это я. С кем имею честь?

— Прапорщик по адмиралтейству Морозов. Со взводом матросов откомандирован для сопровождения литерного спецпоезда от команды крейсера «Паллада». Идемте, ваше сиятельство, полковник Антонова и капитан первого ранга Эбергард ждут вас…

Я уже собрался было идти за ним, но обернулся на шум. За моей спиной из теплушки выскакивали матросы и солдаты непонятного для меня рода войск, в непривычно коротких полушубках. Цепь вооруженных людей без лишнего шума и разговоров быстро отсекала перрон от станции.

Сделав несколько шагов и вспомнив то, что сказал мне прапорщик, я остановился как вкопанный. Он сказал, что меня ждет «полковник Антонова и капитан первого ранга Эбергард». У них что, командует женщина?! Так и не придя в себя от изумления, я прошел в салон-вагон. Там было тесно, шумно и присутствовало всякого народа, в основном офицеры. Словом, как сказано в Святом Писании: «Семь пар чистых и две пары нечистых». Вся честная компания собралась вокруг большого стола и что-то обсуждала, сразу и не поймешь что.

— Господа, его сиятельство, министр путей сообщения князь Хилков Михаил Иванович, – громко произнес вошедший в салон-вагон, облепленный мокрым снегом прапорщик. Все присутствующие повернулись в нашу сторону. Там был жандармский ротмистр и трое штатских, довольно миловидная чернявая девица, молодая женщина постарше и серьезный мужчина в возрасте выше среднего. Остальные, как я уже и сказал, были офицерами, армейскими или флотскими.

Полковник Антонова хоть и была одета в строгое платье, но ее лицо и манеры держаться говорили мне, что это дама привыкла к тому, что ее распоряжения выполняются немедленно и в точности. Рукопожатие ее было сухим и энергичным. Похоже, что «госпожа полковник» привыкла держать в руках не только перо, пудреницу или веер.

— Антонова Нина Викторовна, – представилась мне дама, – полковник государственной безопасности. – А потом она повернулась и стала представлять своих спутников: – Капитан первого ранга Эбергард Андрей Августович, флаг-офицер наместника Его Императорского Величества на Дальнем Востоке адмирала Алексеева.

Высокий черноволосый офицер с пышными усами и восточными чертами лица оказался майором государственной безопасности Османовым Мехмедом Ибрагимовичем.

Молодой человек кавказской внешности был представлен как поручик войск специального назначения разведывательного управления Главного штаба Бесоев. Хотя какой он молодой человек – не мальчик, но муж. Нет следов обычной для молодых кавказцев горячности. Он собран и подтянут, как барс в засаде. А смотрит так, словно через прицел на мишень. Видел я подобных типусов во время моего пребывания в САСШ. Их там называют «ганфайтерами».

Мужчина неопределенного возраста с короткой полуседой бородкой был представлен мне как капитан Тамбовцев Александр Васильевич. Есть в нем что-то общее с тем чернявым поручиком. Оба из волчьей породы, только один молодой волчара, а другой уже в возрасте, опытный вожак. И умен господин капитан, ой умен.

Жандармский ротмистр был представлен как Познанский Михаил Игнатьевич. Типичный жандарм, стоит в углу, молчит, все видит, все слышит и запоминает. Ей-богу, придумают когда-нибудь для этих господ специальный мундир, подобный шкуре хамелеона, чтобы с любой стеной сливаться. Для чего он тут? Хотя – там, где тайна, там и они – жандармы. Радиотелеграфисты-подпоручики с кулинарными фамилиями Манкин и Овсянкин в тот раз счастливо избежали моего внимания, занятые какими-то своими радиоделами. Ну а штатские, они и есть штатские, что с них возьмешь, особенно с дамы. Но вскоре мне довольно быстро довелось убедиться, что тут не только госпожа Антонова – особа экстравагантная, но и все прочие – люди далеко не простые.