Книга Рандеву с «Варягом», страница 101 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Внезапно? — хмыкнул я, пройдясь по освещенному лишь дежурной подсветкой приборов ГКП. — Извините, товарищ старший лейтенант, как вы это себе представляете?

— Все очень просто, товарищ капитан первого ранга, — отозвалась из полутьмы угловатая тень, — в режиме светомаскировки выйдем им наперерез, потихоньку спустим катера на воду так, чтобы они сами на нас наткнулись…

Я прикинул курс миноносца. Идет не в сам Пусан, а в бухту чуть южнее. Дело в том, что у входа в порт подобно собаке на цепи дежурит «Маньчжур», а капитан 2-го ранга Кроун уже доказал, что имеющиеся у японцев в порту трехдюймовые полевые аргументы для него не убедительны. Их он в любое время готов покрыть морскими козырями калибром восемь и шесть дюймов. Когда в Пусане поняли, что канониры «Маньчжура» шутить не любят и что восьмидюймовая фугасная бомба, даже начиненная влажным пироксилином, — это штука серьезная, на берегу наступило затишье в стиле одесского еврея, который «уже никто никуда не идет».

Так, значит, и миноносец этот к порту не полез, а попытался обойти позицию «Маньчжура». Намерение, конечно, похвальное, но абсолютно бессмысленное. Ведь все равно мы радарами контролировали пролив из конца в конец. Перехватить этого убогого хоть на полпути, хоть у самого берега — это как два пальца об асфальт. Только вот, если относиться к делу серьезно, то стоит помнить, что если это важный курьер, то его на берегу будут встречать. И встречающие могут оказаться призом куда более ценным, чем миноносец со всей его командой.

Выслушав мои аргументы, старлей немного помолчал, а потом спросил:

— Что же, товарищ капитан первого ранга, прикажете брать эту банду прямо на берегу?

— Вопрос, конечно, интересный… — Я ненадолго задумался. — Что-то мне подсказывает, что желательно брать и миноносец, и группу на берегу, причем одновременно. — Есть соображения?

— Естественно, — отозвался старлей, — а именно, как мы узнаем, где это самое место?

— Виктор Андреевич, — обратился я к командиру БЧ-1, присутствующему вместе с нами на ГКП, — как на твой штурманский взгляд, сможем мы определить пункт их назначения?

— В такой-то темноте? — усмехнулся капитан 2-го ранга Муравьев. — Поскольку радиомаяки, инфракрасные подсветки, спутниковые навигации и прочие хайтеки напрочь исключаются, то ориентиром для их штурмана могут служить только банальные навигационные огни, возможно, для пущей конспирации, зажигаемые периодически.

— Возможно, возможно… — Я бросил взгляд за остекление. Берег был погружен в глухую непроглядную темень. — А они не могут идти по счислению до самого последнего момента? Должен быть какой-то предварительный сигнал. Японцы не дураки, они зажгут свой маяк, а мы им туда пару гостинцев калибром сто тридцать миллиметров всадим… Кстати, будем держать этот вариант за крайний, при необходимости просто уничтожим и тех и других артиллерией и не будем морочить себе голову. А пока, Виктор Андреевич, у вас, в отличие от вашего… хм… японского коллеги, есть радар, сонар и тепловизор. Задача имеет решение?

Ответ штурмана меня вполне устроил:

— Да, Михаил Владимирович, имеет… — сказал он и снова погрузился в расчеты.

Я отвел старлея в сторону, к самому крылу мостика.

— Ну-с, Андрей Сергеевич, какие ваши соображения?