Книга Мир царя Михаила, страница 84 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— Э-э-э… – только и смог я сказать. – Степан Осипович, скажите, а откуда это вам все это известно?

— Известно, и все, – загадочно ответил мне Макаров, – вы, Густав Васильевич, не о том спрашиваете…

— А о чем я должен спрашивать? – поинтересовался я. Честно говоря, этот разговор начал уже сбивать меня с толку.

— А вот о чем, – Степан Осипович развернул передо мной один из чертежей, – люди, которые посоветовали мне обратиться к вам, также просили показать вам вот это…

Я вгляделся в чертеж и спросил:

— А что это такое? Похоже на какой-то насос.

— Это не просто какой-то насос, – ответил мне Макаров, – это топливный насос высокого давления. Как меня уверили, при применении этой штуки КПД вашего двигателя поднимется с двадцати восьми процентов до сорока. Сравните это с пятью процентами КПД паровой машины тройного расширения, и вы увидите, какой плюс получит наш флот при использовании вашего двигателя.

— Наверное, – немного неуверенно пробормотал я, – надо сначала попробовать…

Адмирал Макаров огладил свою знаменитую бороду.

— Я тут вчера радио-депешу от государя получил. Принято окончательное решение осваивать Северный путь в Азию. Теплые моря, как вы понимаете, пока контролируются англичанами. Будем строить для Арктики специальные корабли-ледоколы. Вот на них и попробуете свой двигатель. За основу возьмем мой проект ледокола «Ермак». Работать будем с вами вместе – вы по машине, я по кораблю. Строить будем на Балтийском заводе. Потребная мощность силовой установки не менее девяти тысяч лошадиных сил. Договорились, Густав Васильевич?

Я не знал, что и сказать. Такое предложение было крайне неожиданным для меня. И в самом деле с корабля на бал. С другой стороны, при поддержке адмирала Макарова, это действительно может стать прорывом, и я никогда себе не прощу, если не сумею воспользоваться предоставленным мне шансом.

— Э, да… – только и смог вымолвить я. – Степан Осипович, я согласен. И для начала мне хотелось бы знать, должна ли это быть одна машина на девять тысяч лошадиных сил, или можно использовать две машины, каждая в половину требуемой мощности?

— Желательно, чтобы была одна, – ответил мне адмирал. – Два винта слишком уязвимы для обломков льда, затягиваемых при движении под корпус. Если вы согласны, то рабочее место для постройки и испытания вашей машины мы готовы предоставить вам прямо тут в Кронштадте, на Пароходном заводе. И кланяйтесь добрейшему Александру Васильевичу. Как только вы скажете, что согласны, он обеспечит вас всем необходимым для инженерной работы.

— Да, Степан Осипович, – кивнул я, – считайте, что я полностью согласен. Где-то после Пасхи представлю вам переделанный под ваши требования проект тринклер-мотора с этим вашим насосом высокого давления.

Лицо Макарова сразу стало серьезным.

— Ну, Густав Васильевич, тогда начнем помолясь. И запомните, раскачиваться нам некогда.

Адмирал взял со стола колокольчик и позвонил. В дверях появился адъютант.

— Гриша, – сказал Макаров, – распорядитесь там, чтобы нам с Густавом Васильевичем принесли чаю. Мы еще с ним немного посидим, так сказать, приватно. Сделай так, чтобы нам никто не мешал.