Онлайн книга «Русские своих не бросают»
|
Вскоре я заметил в кустах наблюдателя. Он внимательно следил за нами в подзорную трубу. Интересно, ограничатся ли инглизы только разведкой или попытаются на нас напасть? Я скомандовал приготовиться к бою. Маше же сказал, чтобы она быстренько забежала за «Тигр» и сделала там все свои дела, а потом хватала в охапку винтовку и искала для себя подходящую позицию. Скорее всего, у нее появился реальный шанс увеличить персональный счет. В ходе быстрого инструктажа я попросил своих ребят не уничтожать всех врагов подчистую, а оставить одного-двух в качестве «языков». За исход же боестолкновения я особо не переживал – АГС, пулемет «Печенег», несколько автоматов и две снайперки – этого вполне достаточно для того, чтобы выкосить и вдвое большее количество всадников. Пока мы готовились, противник все же решился напасть на нас. Из русла реки раздалось лошадиное ржание, а вскоре мы увидели кончики пик, появившиеся из-за кустов. — Внимание, – крикнул я, – огонь по моей команде! Я дал возможность британским уланам приблизиться к нам метров на двести, после чего выстрелил по ним из подствольника. ВОГ-25П ударилась в грунт у самых копыт лошадей, подскочила вверх и разорвалась в воздухе. Несколько улан смело с седел. Рядом со мной затрещали очереди из «калашей», а с крыши «Тигра» забил длинными очередями «Печенег». Все закончилось через несколько минут. Выстрелы затихли, и было слышно лишь, как стонут раненые и дико визжит умирающая лошадь. — Барс, Гвоздь, Костя и ты, Маша, держите инглизов – мертвых и пока еще живых – под прицелом, – скомандовал я. – А ты, Козырь – за мной. Пойдем глянем, есть кто там еще живой. Живых, однако, мы нашли всего двух. Один из них, молодой татарин, скорее всего, вылетел из седла и сильно приложился о землю при падении. Он был без сознания. А второй оказался британцем. Осколки ВОГа сильно покорябали ему лицо, а пуля из «калаша» пробила ногу чуть ниже колена. Он вырубился от болевого шока. Наскоро перевязав его, мы с Козырем – в миру – сержантом Федей Козыревым – осмотрели остальных. Почти все были или мертвые, или вот-вот должны отдать концы. Мои ребята умели стрелять так, чтобы у медиков было как можно меньше работы. На секунду возникшее чувство жалости к ним исчезло, когда я вспомнил убитых гражданских на Аландах. Лучше пусть умрут эти, чем женщины и дети. Я вызвал по рации подмогу и с помощью наших ребят привел в чувство, связал и оттащил к «Тигру» пленных. Допросить я их решил потом, когда они наведут резкость. Потом я связался по рации с генералом Хрулёвым и рассказал ему о стычке с британцами. Я посоветовал Степану Александровичу усилить охранение – ведь по степям Таврии могли рыскать и другие конные отряды неприятеля. Где-то часа через два на горизонте появился авангард пехотинцев. Солдаты едва тащили от усталости ноги. Видно было, что народ в колонне реально вымотался. Ведь сначала они прошли пешедралом от Дунайских княжеств до Херсона, где их ждало немногочисленное пополнение. После однодневной передышки и доукомплектования они продолжили путь. Вчера мы подошли к Перекопу, но там нас даже не удосужились покормить как следует, хотя известие о нашем выходе из Херсона им передали. Да что там покормить – даже воды дали мало, – мол, самим не хватает. Крысы тыловые… Хорошо еще у нас с собой было несколько канистр с днепровской водой, которой должно было хватить до Симферополя, но и то только в том случае, если дневной рацион будет минимальным. А попробуй, пройди несколько десятков верст в день, да еще при температурах свыше тридцати градусов по голой степи, где тени днем с огнем не найти… |