Книга Все дороги ведут в Реймс, страница 35 – Александр Харников, Максим Дынин

Позже, когда официальная фаворитка его величества, герцогиня де Шатору, скоропостижно скончалась, я заняла ее место. Не могу сказать, что его величество был хорошим любовником – как правило, наши постельные игры продолжались не более минуты, после чего король попросту засыпал. Но мне с ним было все равно хорошо – и он довольно-таки быстро понял, что, хотя я и женщина, но могу порой давать ему толковые советы. В результате наша дружба продолжалась и после того, как четыре года назад у него появились новые любовницы, которые были гораздо моложе меня.

Кстати, именно я сообразила, что подобные девы должны быть тщательно отобраны – это не только предохраняет их возлюбленного от дурных болезней. Для любовницы короля необходимо было не только здоровье, но и такие вещи, как красота, добрый характер и шарм… Отобранные мною лично девицы ходили гулять в Олений парк, и Людовик каждый раз знакомился с одной из них, а после определенного времени, когда он остывал к прелестнице, ее выдавали замуж с хорошим приданым. Так что, как говорится, все были этим довольны, кроме, пожалуй, дофина, который сам был однолюбом и не одобрял внебрачные связи его отца.

А меня то и дело удостаивали королевских милостей. Сначала я получила участок рядом с Версалем, где построила особнячок, названный мною Эрмитажем. Потом мне в дар был принесен дворец в Креси-Куве. Денег у меня было столько, что я не только смогла обставить все так, как мне хотелось, но нередко могла себе позволить даже купаться в шампанском, не говоря уж о том, что на моем столе постоянно присутствовали такие изысканные деликатесы, как трюфеля. Да и титулы у меня постоянно менялись – вскоре после начала наших с его величеством любовных игрищ он презентовал мне имение Помпадур в Лимузене, которое принесло мне титул маркизы. А в позапрошлом году я стала герцогиней. В последний свой визит, за день до его безвременной кончины, мне принесли известие о том, что ее величество назначила меня гофдамой, что было самым высоким званием, которое могла получить особа, не имеющая в своих жилах ни капли королевской крови.

Но, главное, для короля я стала самым его главным советником по делам внутренним и международным, и без излишней скромности смею утверждать, многие из самых удачных решений его величества – моя заслуга.

И одно из них – это договоренность с русскими в Акадии, в результате чего мы получили обратно не только те территории, которые так бездарно потеряли в прошлом году, но и многие земли, утраченные еще в начале этого века. Вот только юго-запад Акадии до сих пор в английских руках – но, я надеюсь, ненадолго. И это стоило нам всего двух островов, которых мы и так лишились бы в ближайшем будущем.

Конечно, теперь мое положение, возможно, резко изменится – все-таки дофин меня всегда недолюбливал. Но не так давно он совершенно неожиданно приехал ко мне в Креси-Куве и даже извинился за свое поведение в прошлом. Он попросил меня стать одним из его наставников. Нет, не подумайте, не в делах сердечных – здесь он был примерным семьянином, за что я его весьма уважаю – а в политике и искусстве правления. Что будет теперь, я не знала, но уповала на Господа нашего Иисуса Христа, надеясь, что все обойдется.

Не дожидаясь официального известия о смерти моего бывшего сердечного друга, но почувствовав, что произошло непоправимое, я облачилась в траур и отправилась в Париж, где у меня до сих пор оставались апартаменты во дворце Тюильри. И, действительно, прибыв в город, я узнала, что на сей раз моя проклятая интуиция меня не подвела, и Людовика действительно более нет в живых.