Книга Имперский союз, страница 427 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

— СНЛ-8, – сказал подошедший к Щукину Вадим Шумилин, – мне приходилось на такой штуке путешествовать по Вуоксе. Под мотором делает до двадцати пяти узлов. Правда, мореходность не очень, но я надеюсь, что мы на ней в Питер не пойдем.

— Понятно, что не пойдем, – кивнул Олег. – Как я понял, сейчас портал закроется, а эскулапы, которых мы примем на борт, приведут в чувство нашего пациента. Ну, а в Питере, после того как мистер Уркварт станет транспортабельным, мы отправим его через портал в будущее…

— Господи помилуй! – воскликнул Попов, который подошел к Щукину, и невольно услышал конец разговора. – Как же я сразу не догадался, что вы из будущего…

— Степан Михайлович, – поморщился подполковник, – даже если все обстоит именно так, то не стоит во всеуслышание кричать об этом. Давайте поговорим о нас, грешных, потом. Пока же я попрошу вас организовать встречу лодки. Надо принять груз, который она везет, и пассажиров. Да и саму лодку тоже следует поднять на борт.

— Сейчас все сделаем в лучшем виде, Олег Михайлович, – отставной мичман уже пришел в себя и с любопытством наблюдал, как арка, сквозь которую промчалась лодка, стала сворачиваться, вновь превращаясь в яркую изумрудную точку.

— Гм, маска, а я тебя знаю! – произнес Щукин, разглядывая в бинокль пассажиров надувной лодки. – Двоих я встречал в нашей ведомственной больничке, они вроде как кардиологи, а вот третий, который управляет лодкой – мой старый приятель, подполковник Гаврилов. Он сейчас работает в Москве. Интересно, как он здесь оказался?

Тем временем надувная лодка лихо подскочила к шхуне и мягко ткнулась в ее борт. Несколько матросов подняли на палубу «Ласточки» четыре больших пластиковых водонепроницаемых контейнера. Вслед за ними был поднят подвесной мотор и по спущенному веревочному трапу на борт шхуны вскарабкались пассажиры.

— Добрый день, Олег Михайлович, – поздоровался со Щукиным подполковник Гаврилов. – Познакомьтесь, – и он представил своих спутников. – Герман Викторович Никольский и Борис Сергеевич Морозов. Они опытные кардиологи и желали бы сию же минуту осмотреть вашего больного, чтобы определить – насколько он готов к перемещению в наш мир.

— Понятно, Владимир Николаевич. – Щукин улыбнулся. – Надеюсь, коллеги, вы проинформированы о том, где находитесь и какой сейчас год на дворе.

— Мы в курсе, – кивнул Гаврилов, – только давайте займемся больным. А обо всем остальном поговорим чуть позже.

— Степан Михайлович, – Олег повернулся к капитану «Ласточки», который уже закончил подъем на борт надувной лодки, – мы сейчас отправимся к нашему пленнику, а вы подумайте – где можно будет разместить на ночлег наших гостей.

— Уму непостижимо, – сказал Гаврилов по дороге к выгородке, где под присмотром Никифора Волкова находился мистер Уркварт, – мы в XIX веке! Знаю, что чудо это вполне рукотворное, но в голове как-то не укладывается…

— Ничего, коллега, скоро привыкнете. – Щукин усмехнулся. – У меня у самого поначалу ум за разум заходил. Одно могу сказать – скучать вам здесь не придется. Экстрима – пруд пруди. Если наш пленник оклемается и заговорит, то мы столько нового и интересного узнаем… Все, пришли.

Сидевший на пустом бочонке казак вскочил с места и схватился за свою чудо-нагайку, увидев незнакомых людей. Щукин успокоил его: